Пряник с черной икрой

 – Я позвонила Светлане с вопросом, не осталось ли у нее старого маскарадного костюма, Кисе он для спектакля требовался. Лаптева пригласила меня зайти и объяснила: у нее мальчики, но она мне расскажет, как сделать наряд Красной Шапочки. Спасибо ей, советы оказались полезными. Во время нашей беседы один из сыновей Светланы посоветовал ей отдать мне костюм сказочной девочки. Света удивилась: «У нас его нет». «Есть, – заспорил мальчик, – бабушка сумку с вещами принесла, велела тебе не говорить». И Лаптева вдруг грубо выставила меня вон. Выходит, ее дети не знают, что у них была сестра, которую убили в клинике.

Светлана никому секрет не открывает, и, похоже, для нее стало неприятным сюрпризом то, что свекровь хранит вещи покойной девочки. У остальных жильцов, думаю, есть свои истории!

– У Зиновия Павловича Цыганкова погиб отец, стал жертвой пьяного водителя, – продолжал Володя. – Павел Николаевич пошел днем гулять с собакой и попал под колеса иномарки. Шофер находился под парами алкоголя. Сбив Цыганкова, он попытался уехать, но не справился с управлением. Трагедия разыгралась летом, в ресторанах были открыты веранды, автомобиль влетел на одну из них.

Общий итог: восемь тяжело раненных людей, трое из них навсегда стали инвалидами, шестеро погибли на месте, среди них двое детей. Владельца внедорожника судили…

– Но убийца удрал, – перебила я.

– Богатый, весьма симпатичный молодой парень, – вздохнул Костин. – Неженатый. Он задурил голову следовательнице, которой исполнилось тридцать пять, и та организовала ему побег. Дурища надеялась, что преступник увезет ее за границу, сделает своей женой, а вышло иначе. Красавчик исчез, а бывшая сотрудница полиции отправилась к месту отбывания наказания.

Макс открыл сахарницу.

– Первый этаж – место казни, на втором жила Реутова, на третьем мы, на четвертом Лаптевы, на пятом Цыганковы. Лампа, у тебя есть какой-то секрет? Погибший родственник?

– Нет, – покачала я головой. – Ни малейшего отношения не имею к тому, чем занималась Реутова. А ты?

Муж тоже покачал головой.

– А что с женщиной, у которой мы купили квартиру? – поинтересовалась я.

– Тамара Николаевна Окошкина въехала в дом вскоре после завершения строительства.

Одинокая. Замуж не выходила. Воспитывала племянника, тот погиб в авиакатастрофе.

– Летчика судили, но он смылся? – предположила я.

– Нет, все не так, – возразил Вовка. – Парень служил в армии. Во время учений разбился военный самолет, все погибли, экипаж в том числе. Не на кого было ответственность возложить.

– Окошкина выпадает из общей картины, – заметила я, – и мы тоже. Я уж подумала, что весь подъезд – клиенты Реутовой.

– И у меня та же мысль появилась, – оживился Володя.