Придворный Медик. Том 2

Не может ведь он читать мои мысли!

Или всё-таки может? На территории двора стоит быть готовым к любым неожиданным поворотам. Здесь живёт много опасных людей. Одни владеют почти безграничной властью, другие — магией, противостоять которой ещё сложнее, чем связям и деньгам.

О Ломоносове я знаю очень мало. Он может оказаться одним из таких людей.

Хоть ситуация и накалилась, я всё же отнёсся к его заявлению спокойно. Что ж, ну знает он о моих планах. Что дальше? Расскажет императору? Пусть попробует для начала из этого кабинета выйти. Без особо тяжких и амнезии.

— Ну и чего же, по-вашему, я добиваюсь? — я закрыл за собой дверь и прошёлся по кабинету к Максиму Владимировичу.

— Зачем я сюда устроился?

Пульс у него подлетел так, что аж мой «анализ» забеспокоился. Похоже, я перестарался и слишком сильно его напугал.

— Вы… Не смейте мне угрожать, господин Булгаков! — задрожал Ломоносов.

— Да успокойтесь вы. Я ещё даже не начинал, — сухо ответил я. — А вы до сих пор не ответили на мой вопрос.

— Давайте мы оба не будем притворяться, — он взял себя в руки, выпрямился и даже смог замедлить свой пульс. — Я уже давно понял, что вы пришли сюда, чтобы восстановить своё поместье.

Вам нужны деньги. А на это потребуется много денег. Я наводил справки и знаю, что вы лишились семьи. Так что никто вам с финансами помочь не сможет. Никто, кроме меня, пожалуй.

А… Тьфу ты! Вот ведь придурок. Обвести меня вокруг пальца ему не удалось, но я ведь всерьёз начал думать, что он мог каким-то образом узнать о том, что мне нужна Чаша очищения. А он решил, что я здесь из-за денег?

Неужели я действительно создаю впечатление человека, который так страстно жаждет заполнить свой кошелёк?

— Вы чертовски правы, Максим Владимирович, — кивнул я.

— В эту клинику я устроился только ради денег. Это — всё, что мне нужно.

Подтвержу его догадки. А чего мне терять? Ну да, допустим. Я хочу денег, и что дальше? А кто не хочет? Как раз в этом меня обвинить нельзя.

Семьи лишился, поместья лишился. Всего лишился, если уж говорить начистоту. Своё появление в императорском дворе я всегда смогу объяснить деньгами. Тем более Ломоносов — не первый, кто предположил, что я здесь только из-за них. Командир охраны — Владимир Коршунов — говорил то же самое.

Ну и пусть! Среди пациентов я создаю образ хорошего лекаря, который готов помочь с любым недугом. А среди остальных обитателей двора я не против оказаться меркантильным специалистом, желающим получить как можно больше средств.

Это противозаконно? Нет. Кто-то меня за это может осудить? Да, но мне наплевать. Можно подумать, другим деньги не нужны!

Зато такая легенда может прикрыть мои настоящие цели.

— Павел Андреевич, ну ведь я к тому и клоню! — окончательно успокоился Ломоносов. На его лице появилась улыбка.