Приручитель женщин-монстров. Том 8 (СИ)

Небольшой аккуратный нос, немного кругловатое лицо, а ещё слегка острые зубы. Не так чтобы, как у волка, но если укусит, будет больно.

— Аа-а-а-а… Я в комнате своего мужа… — Ева выпрямилась, и в глазах загорелось любопытство. — Как много самок у моего мужа! Хороший самец. Сильный! Только у сильного может быть так много самок.

— Меня одну бесит, что она Сергея называет мужем? — проворчала Аня.

— Есть такое, — добавила Оля, и обе блондинки уставились на шатенку, прожигая её взглядом.

— Не ругаемся и одеваемся, — вмешался я и положил ладонь на макушку Евы. — У нас впереди куча дел, а времени совсем не осталось. В академии с нас спросят, где мы пропадали.

— Мир людей! — обрадовалась коротышка, и мы начали собираться, но когда я вышел на улицу, то в голос рассмеялся.

— И что ты делаешь? — поинтересовался я у сестры, которая на костре жарила огурец. Но та меня даже не заметила и не услышала, так как была в наушниках, да и выглядела сонной. Тогда я подошёл ближе и снял с неё наушники. — Что делаешь?

— Завтрак… Есть хочу, — она подняла на меня голодный взгляд. — В твоё логово порока и разврата я не решилась соваться, а еды здесь никакой нет.

Я лишь рассмеялся в ответ, после чего отвёл эту бестолочь в походную кухню и открыл большой ящик, который собирается из отдельных деталей. А внутри были кастрюли с едой. Я специально на завтрак нам оставил…"

"— Сам дурак, — проворчала Машка и ткнула пальцем мне в бочину. Что ж они все меня пальцами тыкают… Сговорились, блин.

Вскоре мы занялись подготовкой к завтраку, и к моменту, как мы закончили всё подогревать, женщины успели проснуться, одеться и умыться.

Но только мы собрались есть и уселись за столом, как припёрлась Полина. Увидев дочь, она тут же разревелась и кинулась её обнимать, заставляя краснеть от стыда. Последнее неспециально, конечно, но Блэр не упустила возможности мерзко похихикать над Евой и даже пальцем на неё показывала.

— Мам! Я уже не ребёнок, мне двадцать лет! — ворчала коротышка, пытаясь вырваться из объятий матери. Та, к счастью, пришла в одежде. Правда, выглядела эта одежда так себе. Но неважно.

— Ты ещё ребёнок, не познавший жизнь!

— А из-за кого я её не познала?!

— Ты не понимаешь, это другое. Я знаю, как тебе лучше, а ещё… — Полина уставилась на меня с нескрываемой злостью. — Если он вдруг потянет к тебе свои лапы и будет трогать везде… Или достанет свою штуку, можешь смело её оторвать!

— Штучку?.. — Ева подзависла, и вдруг её осенило. — А, поняла! Это та штучка, из которой выходит белая жидкость.

— А? — Полина остолбенела и медленно повернулась ко мне, а её глаза налились кровью.

— А ну стоять! — выкрикнула Ева и встала между нами. — Я сама захотела попробовать. И ещё раз попробую, потому что мне понравилось!.. Мам?..