Притворись влюбленной
Софи 25 лет, она работает в газете, у нее есть семья, друзья – и никакой личной жизни. Близкие мечтают видеть ее в счастливом союзе и уже делают недвусмысленные намеки, но анонимная колонка об отношениях, которую ведет Софи, гораздо успешнее реальных свиданий. Как назло, подруги героини одна за другой выходят замуж, и ее сестра Джессика тоже готовится к свадьбе, на которую Софи приглашена со спутником. И тогда она решается на отчаянный шаг: размещает объявление в приложении для знакомств – в поисках мужчины, который бы притворился ее бойфрендом. Предложение быстро принимает харизматичный Гарри, переживающий сложный развод после измены жены. Он готов поддержать Софи в этой авантюрной игре. Правда, постепенно их поддельный союз превращается в нечто большее, увлекая обоих в лабиринт эмоций и обмана.Разве мне не хочется искры? Конечно, хочется! Как и всем. Фильмы о любви так популярны вовсе не потому, что в них рассказывается, как твой партнер спешит на помощь и названивает твоему интернет-провайдеру, потому что у тебя на роутере загорелась непонятная оранжевая лампочка. Нет, они оптом продают и искры, и романтику, и чудо, и «вторые половинки». Да, разумеется, я тоже мечтаю об этой самой искре. И, естественно, я на нее надеюсь, когда впервые иду на свидание с мэтчем из дейтингового приложения.ОсобенностиНестандартный формат – удобно держать в руках. Цветная печать. Дизайнерская приятная бумага.Неужели я так мало ценю то, что у меня есть, лишь потому, что мне не с кем это разделить?Об издательстве«Бель Летр» – это современная европейская проза о женщинах и для женщин, живых и интересных в своей неидеальности. В этих книгах поднимаются разные, порой довольно сложные и не до конца отрефлексированные обществом темы, такие как роль женщины в современном мире, ментальное здоровье, отношения в семье. Мы хотим, чтобы наша аудитория узнавала себя в героинях «Бель Летр» и эти истории вдохновляли читательниц на позитивные изменения в их собственной жизни.
Она его любит, она его выбрала, и для меня этого достаточно. Должно быть достаточно. Такова жизнь.
Но прямо сейчас Талли стоит передо мной со своими пожитками, и, судя по ее лицу, она много плакала. Она мнется у меня на пороге, и я могу сделать из этого только один вывод.
Они с Сэмом расстались.
Или, по крайней мере, между ними произошла какая-то ужасная ссора – до того душераздирающая, что Талли решила сама съехать из квартиры, которую они вместе арендуют, и прийти ко мне искать убежище.
Мы втроем смотрим друг на друга. Я – на Талли, и от ее вида у меня сердце сжимается.
Вот дерьмо. Это же Гарри. Наши с ним взаимовыгодные, но странные, перемежающиеся, фейковые отношения тянутся еще с июня, а Талли ничего об этом не знает. Она, наверное, до сих пор думает, что парень, который только что совал руку мне в трусы, – это, прости господи, Джейксон. А моя ложь зашла слишком далеко, чтобы объясняться прямо сейчас.
И тут Талли начинает громко реветь и всхлипывать.
– Прости! – плачет она.
Она так безутешно рыдает, что остальные ее слова просто невозможно разобрать.
Я поворачиваюсь к Гарри. Все мое нетерпение и вожделение улетучиваются. Я разочарована, но мое разочарование меркнет по сравнению с острым, режущим чувством жалости к Талли.
– Прости.
А что еще я могу сказать?
Гарри мотает головой. Он тоже выглядит огорченным, но принимает все как есть – что бы он ни думал о происходящем.
– Все в порядке. В конце концов, мы отлично провели вечер, правда? А сейчас позаботься о своей подруге, кажется, ты ей нужна.
– Спасибо.
Он быстро, по-дружески целует меня в щечку.
– Скоро увидимся. В следующий раз давай пойдем ко мне, я приготовлю ужин. И кстати, с днем рождения, Софи.
Талли разражается новым воплем:
– Боже, Софи, у тебя же был день рождения! Я такая ужасная подруга!
Я неловко машу Гарри на прощание и улыбаюсь ему, а потом поворачиваюсь к Талли. На этот раз я легко нахожу ключи в сумочке.
– Прости, Софи, я испортила тебе выходной… и сорвала тебе праздничный секс с этим… как его там зовут, у него смешное имя… и теперь ты торчишь тут со мной, и… Но ты не отвечала на сообщения, хотя теперь я понимаю почему…
Проходит еще минут двадцать, прежде чем мне удается добиться от Талли сколько-нибудь внятных объяснений. Оставив ее вещи в прихожей у входной двери, я сажаю ее на диван.

















