Проданная врагу. Вернуть истинную
— Что ж, я согласен. Девка и правда хороша, я готов её взять. Получишь отсрочку, до весны. А если она и правда окажется такой, как ты описывал, зачту как плату за этот год.— Ч-что? — я сглатываю и смотрю на дядю.Он качает кистью и сухо бросает:— Авалина, собирайся.Дядя продал меня в уплату долга! Конечно же, он не отдал жестокому тирану дочь, откупился сироткой, которую приютил после смерти родителей. Никто меня не хватится, и другой семьи у меня нет.Теперь мне предстоит стать бесправной куклой, ведь тот, кому я подарила своё сердце и душу никогда не примет меня после всего этого…ХЭ будет (но не у всех)
А значит, передо мной не тот, за кого себя выдаёт. Неужели…
– Пытаешься выпросить у девочки новое имя для себя, – ухмыляется пришедший. Голос похож на Вала, многократно усиленный эхом. – Это не сработает, ты и сама знаешь.
– Убирайся!
– Нет, дорогая. Я всегда буду с тобой, нравится тебе это или нет. Ты знала, на что соглашаешься, заключая брак с таким, как я.
– Это не брак, а наказание!
– Ты считала иначе в прошлом, – усмехается Лунобог.
– Оставь меня! Я хочу свободы! Снова чувствовать тебя живой! – Голос девушки пронзителен, я верю в искренность её отчаяния.
– Лишь временно, – он наклоняет голову к плечу. – Чтобы напомнить тебе не вмешиваться в дела смертных.
– Я не…
– Довольно.
Он вскидывает руку, и с его пальцев срываются тёмные стрелы, которые пронзают тело богини, Та успевает только вскрикнуть и сделать к нему шаг, прежде чем её тело рассыпается множеством белых искр.
– Нет! Что вы… наделали, – я прижимаю ладонь к губам. – Она же была вашей…
– Она навсегда останется таковой, – отвечает мне лунный бог. – Но она была смертной и, вероятно, не слишком подходила на ту роль, что была ей отведена.
– Но… И что же… тогда делать нам?
– А мне какое дело? – фыркает лунный бог и взмахивает рукой. Тьма срывается с места, и я перестаю видеть.
Что случилось? Это мой конец? Или нет? Он отпустил меня?"
"Глава 47. Валфрик. Друг или враг
– Твои улетели, – слышу голос Ровера за спиной. – Я отправил своих в качестве поддержки, но, думаю, медведи доберутся до Дома Кровавой Луны.
– Этого дома больше нет, – огрызаюсь я, поправляя и без того идеально лежащее одеяло.
– Может, и так, – не спорит старый волк. – Твоя жена ещё не вернулась?
Я не отвечаю. Это и без моего ответа видно. Авалина спит в нашей постели, а мне даже спросить некого, потому что единственный, кто понимал хоть что-то в происходящем, меня предал. Такое не прощается.
Прошёл уже день с момента, как вернулись из храма. Вернее, того, что от него осталось. Все мы пришли в себя на улице, будто огромная мощная волна просто вышвырнула нас из храма, а тот сложился, погребая свои секреты под грудой камней и пыли.
Другие осматривали территорию с земли и с воздуха. Мне докладывали, что пока что они ничего не нашли. Как и те, кто исследует руины храма.

















