Пропащий. Часть 1

Сейчас я удобно расположился внутри «Тигра» на переднем пассажирском сидении, держа автомат между колен, но успокоиться не мог и постоянно вертел головой по всем сторонам, в надежде первым заметить гипотетическую опасность.

Норд в рации говорил о том, что сейчас ещё можно быть спокойными, поскольку никто не станет организовывать нападение на пустой конвой, но вот когда мы получим нужный груз, то вот тогда пойдёт возня. Однако глава группы так и не собирался объяснять, что за такую важную вещицу нам приходится вести, подставляя свои задницы опасности.

Когда мы смогли наконец-то добраться до нужного склада, то начало темнеть. Солнце понемногу начало катиться к горизонту, а мы выползли из своих машин. Охрана склада не обращала внимание на приличное количество вооружённых людей и спокойно курили, лениво перебрасываясь короткими фразами на своём языке, тогда как выглянувший наружу обычный работник, вновь моментально скрылся в полной темноте склада, а на его месте показался куда более презентабельный мужчина, который, судя по примечательной шапке, происходил из пуштунского народа.

Он что-то коротко приказал охранникам, после чего широко улыбнулся нам челюстью, полной искусственных керамических зубов.

— Вы от Дмитрия Кирилловича? — на чистом русском заговорил с нами восточный торговец, — Всё уже готово. Заказ собран и ожидает оплаты. Вы прибыли со всеми необходимыми средствами?

— Давай сначала товар проверим. — сказал в ответ Норд, подтягивающий оружейный ремень, на котором у него висел новенький АК-12 со всеми возможными обвесами, — Негоже столько золота платить за товар, который в глаза не видел.

Может быть, ты меня обманываешь, а я доверяться просто так не привык.

— Конечно- кончено. — несколько раз быстро кивнул мужчина, — Проверяйте сколько вам будет нужно."

"Какое-то время мы продолжали молча стоять и выжидать, тогда как командир наконец зашёл в длинный ангар-ракушку. Проверка товара заняла у него не меньше четверти часа, за которые мы уже несколько раз успели обменяться неприятными словами с охранниками ангара, общаясь между собой на своих языках. Такая неприязнь в разговорах с пуштунами была вполне объяснимой.

Далеко не все провалившиеся оказались в этом мире после окончательного вывода советских войск из Афганистана, отчего пуштунов, которые составляли основную часть террористов этой горной страны, считали чуть ли не кровными врагами. Афганцы к русским относились точно также, а потому взаимная неприязнь могла в любой момент перейти в открытую стрельбу. Я прямо сейчас видел в глазах охранников практически нескрываемую ненависть и чем дольше проходило ожидание, тем хуже становилась ситуация.