Психолога вызывали?

Полдворца выбежало, типа, прогуляться, когда я эффектно на дракона залезала. Уцепилась за его гребень. Ну, ничего так, удобно.

И мы взлетели. Эх, вот только для этого уже можно было невестой принца заделаться. Полет на драконе — это что-то феерическое. Особенно когда солнце садиться стало. Интересно, а у драконов, типа, что-то встроено для навигации? Как он в темноте ориентируется? Ладно, сейчас небо чистое и звезды видны, а в облачную погоду?

Наш полет часа два продолжался над береговой линией. Гребни волн, подсвеченные полной луной, бились о берег. Далеко впереди на холме показались какие-то огни, постепенно распадающиеся на буквы. «Веселый Кукуй» — гласила огромная светящаяся надпись на длинной стороне холма, обращенной к морю. Город переливался, как рождественская елка. А в прибрежных водах виднелась огромная вереница стоящих на рейде кораблей.

— Не поняла? Получается, глава города внял моему письму про смену названия? Смекалистый какой! Уважаю.

Когда мы подлетели еще ближе, увидели внизу переливающуюся разноцветными огоньками морду дракона и крестик. Так они нам еще драконью вертолетную площадку оборудовали!

Прогиб засчитан! И принц аккуратно опустился на центральной площади, окруженной большим количеством народа. Я спустилась на землю. Джарлетт превратился в человека и встал рядом. И тут же грянул оркестр.

Народ хором запел:

— Ах, ты веселая девчонка Макарена!

Я опешила. А Джарлетт хмыкнул:

— Знакомая песня!

Это они за часов шесть так подготовились к нашему прилету, что и музыку, и песню выучили. Пели с огоньком. Когда последние ноты затихли, к нам навстречу с караваем в руках и с чарочками на подносах двинулась парочка мужчин.

— Добро пожаловать, дорогие гости. Ваше Сиятельство, разрешите представиться, я – глава Веселого Кукуя, — представился толстый невысокий мужичок с умными глазами.

— А я староста Фейхуовки, — поклонился второй. Был он с бородой и патлатый, в простой деревенской рубахе. — Ягоды вон, две бочки доставил, госпожа, — поклонился он мне,— как и просили. Последние.

— В каком смысле последние? Ты же писал в прошлом письме, что ягод у тебя видимо-невидимо, — удивилась я.

— Так это было до того, как мы с вашей легкой руки город переименовали, — довольно улыбнулся староста, переглянувшись с главой. — Мы ягодки теперь в качестве фирменной закуски предлагаем в трактирах да на постоялых дворах."

"— Вот верно вы тогда написали, что название красит место. Покумекали, да и решили Весёлым Кукуем обзываться, — вступил в разговор толстенький глава. — Мы же вольный город — что хотим, то и творим. Костры на холме зажгли в виде названия нового, и корабли к нам сразу в порт захотели на ночёвку-другую встать.