Психолога вызывали?

Видимо, набежали ещё и послышались возмущённые крики издалека:

— Один бутылёк в одни руки! Нам же не хватит!

Через минут десять пол опустел, а за дверью возмущалась неудовлетворённая толпа мужиков.

— Расходитесь, господа. Возвращайтесь завтра к 12. А кто будет сильно орать — в черный список запишу и ничего не получите, — грозно прошипела я в щель.

Толпа орать перестала, но стала, шушукаясь, составлять списки. Договорились дежурить по очереди, чтобы не пропустить особенно наглых.

Я вернулась к девушкам:

— Мне кажется, в наших соревнованиях выиграл принц. Может, ему тоже комплект приготовить новый вид трусов, не до колен, а укороченный вариант? Отправить с друзьями купаться и прорекламировать ненароком.

И я набросала варианты.

У Спортсменки-Юлика загорелись глаза:

— Девочки, это золотое дно! Можно же салоны организовать для женщин и для мужчин, и приватные комнаты для пар, чтобы вместе выбирать. Всегда мечтала стать законодательницей моды!

— А я бы салон для полненьких открыла, — забормотала Пышка, — и назвала бы «Лакомый кусочек».

Рыбка загорелась:

— А я сама хочу это носить! И только попробует мой теперь на сторону бегать.

А потом случилось это.

Во время обсуждения мы совсем упустили из вида братство рыжих. И только когда послышался шум брошенной на стол маски и Динь-Динь решительно поднялась, мы решили повернуться в их сторону.

Наш пьяненький единственный мужчина взмахнул палочкой, розовые искры посыпались из нее, облаком осыпав рыжеволосую девушку, потом чпок… и напротив нашего Горного Орла повисла прехорошенькая фея в зелененьком платьице.

Мы обомлели.

— Пипец, — прошептала Кирра-Айриша, — что я тёте скажу? Интересно, а обратно можно?

— Нельзя, — медленно проговорила я, уставившись на бросившихся в объятья друг друга фей.

— Ты же помнишь: один человек — одно желание. Ну, наш Орел дает!"

"А Динь-Динь подлетела к нам и заговорила тонким голоском:

— Ну вот да. Видимо, поэтому и замуж не могла выйти раньше, потому что суждено было феей стать. Что мне светило? — А ничего хорошего.

Мы, онемев , замолчали.

— И надоело мне мои волосы прятать. Свободу рыжим! Вы меня поддерживаете?

Тут мы отмерли и, конечно, заголосили на восемь голосов:

— А то! Вместе мы сила.

Подружками невесты все под суд, если что, пойдем.

— Тогда собирайтесь. Прямо сейчас к договорному камню поедем. Правда, милый? — повернулась Динь-Динь к фею. Горный орел сглотнул, видимо, только осознал, во что вляпался с пьяна, но принял судьбу и кивнул. Ну вот, говорю — настоящий мужик.

Я повернулась к Ариадне:

— Гречанка, а что насчет запрета императрицы? Мне же сейчас без маски с вами придется ехать?

Та задумалась вначале:

— Это же помолвка. Мероприятие официальное. Нормально.