Путь серебра
Каждая книга Елизаветы Дворецкой – это захватывающее приключение, мир Древней Руси, в который попадаешь прямо со страниц романа. Ее герои вызывают невольное уважение, их поступки заставляют переживать и радоваться, а их судьбы волнуют так, что невозможно оторваться, не дочитав до конца.Весной 914 года объединенное войско русских земель возвращается из похода на Хазарское море и везет немалую добычу. Нарушив договор, конница хакан-бека нападет на них на стоянке близ Итиля, чем вынуждает в жестоких сражениях защищать свою добычу и саму жизнь. Но даже для тех, кто сумел уцелеть, трудности только начинаются. Южная часть войска под началом плеснецкого князя Амунда Ётуна пытается с боем прорваться привычным путем, через переволоку с Волги на Дон. Северному войску, которое возглавляют двое братьев из Хольмгарда, Свенельд и Годред, приходится уйти в другую сторону, в неизвестность. Чтобы вернуться домой, им предстоит найти совершенно новый путь на родину через владения незнакомых народов.А дома Свенельда ждет Витислава – его юная супруга. Три года назад, когда он захватил дочь велиградского князя как военную добычу, ей было всего одиннадцать лет. Пока он был в заморском походе, она подросла и стала взрослой девушкой. Когда Свен вернется, им предстоит наконец по-настоящему узнать друг друга.
Но большой охоты спорить не было. Вокруг костра висело угрюмое молчание, предложить чего-то получше никто не мог. Впереди мерещился бесконечный путь, уводящий во тьму, и душу заливала безнадежность.
– И так мы, считай, на том свете, – вздохнул Сдеслав. – Чего уж бояться намокнуть, коли в воде по уши? Пойдем, куда река поведет. Авось боги не дадут пропасть, чуры помогут, выведут куда-нибудь…
С тем и разошлись – с чувством, что остается идти вверх по Итилю, на север, в неизвестность, имея лишь малую надежду отыскать оттуда дорогу в свои края.
Вокруг расстилался тот свет, а он не имеет границ и пределов.
* * *– И что было дальше? – спросил Олав среди тишины.
– С кем? – уточнил Годо.
– С вами, – сказал Олав.
– С Амундом, – одновременно с отцом сказала Ульвхильд.
– С Амундом – не знаю, – признался Годо. – Мы о нем и дружине его больше не слыхали.
– Выходит, Амунд и его люди… все погибли? – упавшим голосом спросила Ульвхильд.
– Мы этого не знаем, – ответил ей Свен. – Но думается, надежды выжить у них было немного. Если бы Амунд подождал нас, то мы все вместе могли бы пробиться…
– Или погибнуть вместе с ним, – закончил Ветурлиди. Его широкое, полное, обычно добродушное лицо сейчас имело озабоченное выражение. – Если бы они настигли вас вместе с Амундом, когда вы бы все уже ушли далеко от реки и не смогли вернуться.
– Или так, – согласился Свен. – Но ни одна норна к нам не явилась, чтобы сделать предсказание, поэтому мы могли лишь позаботиться о себе, как придумали сами.
– Это вам удалось! – с удовлетворением воскликнула Сванхейд. Она тоже была взволнована рассказом, но больше радовалась его благополучному исходу.
– Еще кое-что, конунг, брат мой! – Ветурлиди повысил голос, чтобы его расслышали среди поднявшегося гула. – Сдается мне, если никто из людей Амунда не вернулся к Хельги в Киев, то Хельги до сих пор не знает, чем все кончилось. Он не знает, что его люди погибли, а наши вернулись.
– Он вовсе может не знать, что войско ушло с Хазарского моря! – воскликнул Бергфинн. – Думать, что оно осталось там еще на одно лето…
– Или все перебито.
– Если никто к нему не вернется, он и не узнает, что с хазарами больше нет мира… если мы не пошлем ему рассказать.
– Но выяснить, что́ он знает, было бы неплохо! – воскликнул Альмунд.
– Все это нужно как следует обдумать… – проговорил Олав, медленно поднимаясь на ноги и делая знак чашнику. – Пока же поблагодарим богов за то, что к нам они были более благосклонны, чем к Хельги!
* * *Когда, уже в темноте, шли домой, Вито держалась возле Свена.














