Путь серебра

Я, предводитель русского войска, что стоит в Румском проливе у крепости на прибрежных землях Хазарии, прошу твоего дозволения пройти через хазарские земли к берегам Гирканского моря. В благодарность обещаю по возвращении отдать тебе треть добычи”.

Вениамин опустил свиток. Он хорошо понимал, что тот, кто выдает себя за предводителя русского войска, вероятнее всего, лишь главарь распущенной и не нужной Руси дружины, ставшей шайкой разбойников, чье неуемное желание сводилось к тому, чтобы опустошать и грабить. От этих многочисленных банд страдали и Гилян, и Ширван, и Табаристан. Вениамин знал и то, что не стоит перечить этим примитивным воякам, способным лишь убивать. Лучше уступить, лучше пойти на поводу…»

Таким образом, с самого начала русы показаны алчными разбойниками, а хазары – страдающей стороной, которая просто не в силах им противиться уже за полвека до гибели каганата. Далее автор нам рассказывает, что русы свободно плавают по Черному и Каспийскому морю: «Иногда русские купеческие караваны превращались в разбойников. Вениамин об этом хорошо знал. Но что он мог сделать?» Обратите внимание: если у Сербы русы шли на Каспий карать тамошних разбойников, то у Лазаревой разбойники – сами русы и есть."

"Размер войска Лазарева уже несколько сократила: пятьсот кораблей по сорок человеческих душ, то есть уже 20 тысяч, а не 50. Далее действие переносится на Каспий, и здесь местное население представлено не разбойниками, как у Сербы, а простыми женщинами Офой и Фирангиз, по вине разбойников-русов потерявшими все: дом, семью, мужей и детей. Офа гибнет в морском сражении, которое жители пытались дать русам, а Фирангиз попадает в плен и остается рабыней до самой смерти. Показан правитель Ширвана эмир Идаят Халид: к нему являются послы Гиляна и Табаристана, просят о помощи, и он после раздумий соглашается оказать им помощь, хотя понимает, что борьба почти безнадежна… Эта группа героев явно близка сердцу автора и вызывает у читателя сочувствие и понимание. «Пусть чуть ближе подойдут русские ладьи, и тогда Офа бросит свой камень в ненавистного руса, убившего ее детей и мужа»… Какой контраст с описанием этого же сражения у Сербы, где русам противостояли не горюющие женщины, а равная им по силе гвардия Ширвана! У Сербы жители прибрежных районов выведены разбойниками, сражаться с которыми – доброе дело, но ни один мирный житель в его версии не пострадал, «разграбленные селения» бегло упоминаются, но читатель этого не видит.

Но вот поход заканчивается. «Вдоволь насытившись грабежами и пролитой кровью мирных жителей прибрежных городов Гирканского моря, русы, утомленные долгими походами, нестройным караваном многочисленных военных судов подошли к устью Итиля.