Путь серебра

Они мужчины, пусть они и думают, как им восстановить свою честь!

– Не думаю, что в ближайшие лет десять кто-то на севере или юге снова сможет собрать настолько огромное войско, чтобы угрожать хазарам, – заметила Сванхейд. – Если ты будешь требовать такой мести, то ты сама и твои сокровища никогда никому не достанутся.

– И прекрасно. Лучше я всю жизнь проживу одна, чем принесу кому-нибудь в приданое позор. Тот, кто вздумает ко мне свататься, и без того этим товаром будет богат!

Вито отметила, что теперь она знает то, что хотел знать Свен, но этот ответ ему не понравится.

"

"– Этот поход не называют неудачным, – осмелилась возразить она, хорошо понимая, что позорящие Свена и Годо речи Ульвхильд в той же мере относятся и к ней. – Они ведь привезли богатую добычу. Долю живых и мертвых. И даже ты получила столько всего, что твоя доля немногим хуже доли твоего отца.

– Я велю метнуть все это в Волхов и попрошу богов найти для меня мстителя! – Ульвхильд подняла глаза к темной кровле. – Будь той добычи в десять раз больше, это не утешит меня в потере мужа, чести, всей моей жизни.

Я была замужем всего два месяца – и вот я вдова, а мне только шестнадцать лет! Будь у меня сын, я взяла бы те сокровища для него и растила его, пока он не стал бы настолько сильным, чтобы отомстить за отца. Но боги не дали мне сына. Я должна была стать княгиней в Киеве и править всеми землями, какими сейчас правит Хельги Хитрый, но ничего этого не будет. То, для чего я родилась, у меня отняли злые норны… а взамен прислали горсточку шелягов и пару цветных лоскутков! Да сколько бы ни было тех сокровищ – разве ими можно искупить то, что у меня отнято! И ничего я больше не могу сделать, кроме как вечно проклинать тех… кто виноват в этом.

«Но почему надо проклинать Свена и Годо, когда вовсе не они убили Грима? – подумала Вито. – Потому что хазары твоих проклятий все равно не слышат?»

От возмущения, отчаяния в голосе Ульвхильд Вито сама разволновалась, и это волнение вытеснило недавнюю обиду.

– Но Грим ведь сам приказал им отплывать, – напомнила она, поскольку уже раз пять или шесть слышала этот рассказ и его обсуждения. – Они должны были сделать, как он сказал.

Они даже не знали, что уже после того кто-то на него напал! Если кого-то винить, то того великана, князя плеснецкого. Он мог прийти Гриму на помощь, но не пришел, потому что хотел сам быть главным вождем над всем войском.

– Хотела бы я послушать, как он будет рассказывать об этом Хельги! – язвительно воскликнула Ульвхильд.

– У Хельги есть еще один сын, Рагнар, – напомнила Сванхейд, несколько оживившись. – Твой дед о нем говорил. Ему должно быть примерно столько же лет, сколько тебе.