Пышка для брутала (СИ)

Растаяла и поверила ему…

Так мы и начали встречаться: вместе провели целых шесть лет!

Я все ждала предложения руки и сердца. Но он, оказывается, использовал меня, как ширму, для своей матери, а сам за моей спиной и гулял с другими девушками, и в картишки поигрывал, и бизнесы продувал, один за другим.

Для последнего его начинания — бесконтактную автомойку — я продала родительскую квартиру.

Данил говорил, что закупил итальянское оборудование, участок выбрал, но дело прогорело, а вместе с ним — и мои денежки. Но я не обижалась и не делала из этого трагедии: ведь с кем не бывает провалов? А любимые люди всегда должны друг друга поддерживать и быть опорой.

Теперь я понимаю: он меня никогда не любил.

Просто.

Использовал.

И я отомщу…

Прямо сейчас!

Откладывать на потом то, что можно сделать сейчас, не стану.

Я сразу же поехала к матери Дани и выложила все, как на духу. Включила видео и показала всю гнилую натуру ее единственного, любимого сыночка.

Но у моей мести, к несчастью, оказались очень дурные последствия.

Глава 2

Людмила

— Сука жирная, выметайся!!

Дверь с грохотом влетает в стену.

Из нее аж вылетает кусок гипсокартона.

— Ты что творишь? Мы эту хату снимаем! — ахаю я.

На пороге спальни зверем замер Данил.

Здоровый, злой, рожа красная, как помидор.

Глазки маленькие, как у бешеного кабана.

— Выметайся… — ноздри трепещут. — Мразь последняя. Мозг совсем зарос салом, жирная тварь?!

Он делает шаг вперед и переворачивает комод возле кровати.

— Это ты мне изменил!

— ИЗМЕНИЛ?! — запрокинув голову, он лает, как шакал. — Изменяют тем, кому любят, тем, с кем по-настоящему состоят в отношениях, а ты… Просто удобная, одобренная мамой… подстилка! Никогда я тебя не любил. Никогда! И как же мне было мерзко между твоих ног… — кривится… — Буе!

— Замолчи! — стискиваю кулаки.

Он отходит в сторону и бьет кулаком по зеркалу, установленному на полу.

Между прочим, все это куплено на мои деньги, эти вещи переехали из моей старой квартиры.

— ПОШЛА ВОН! ЖИРНАЯ ЖАБА! СВИНОМАТКА! — орет он. — Пока я тебя не придушил. И знаешь, ты такая жирная, что даже руками тебя придушить не получится, надо будет проволоку на твою свиную шею набросить и только так… душить.

Высказав это, он тяжело дышит, опершись рукой о стену.

Второй ладонью растирает грудь в районе сердца.

— Ты на хрена маме все это показала? На хрена? Ее в больницу увезли. С приступом! Ее жизнь на волоске. Умрет — на твоей совести это останется, так и знай. А теперь… Выметайся. Выметайся! — повторяет глухим голосом.

— Ольге Борисовне плохо стало? — ахаю я. — В какой она больнице?

— А тебе зачем? Добить старуху? Выметайся!

Данил еще раз на меня взглянул так, что я решила не искушать судьбу.

По правде говоря, когда Данил пришел, я и так собирала вещи.

Только не свои, а его.