Расколотые сны

Свершилось чудо.

Глава 26

Сеансы гипнотерапии начались снова. Но на этот раз все было по-другому. Как-то, погрузив Эшли в сон, Келлер попросил рассказать о Джиме Клири.

– Я любила Джима, – грустно призналась девушка. – Мы собирались сбежать и пожениться.

– Как это было?

– После выпускного бала Джим попросил меня зайти к нему домой, но я…, я отказалась. Когда он привез меня домой, отец уже поджидал нас. Он был вне себя. Велел Джиму убираться и больше не показываться ему на глаза.

– А потом?

– Потом я решила уйти к Джиму, не дожидаясь утра. Сложила вещи и вышла из дома.

Только…, только на полпути передумала и вернулась. Я…

Эшли неожиданно исчезла. Вместо нее появилась Тони.

– Черта с два она вернулась. Побежала к нему как миленькая.

*** В окнах дома Клири было темно. Эшли вспомнила, что родители Джима уехали на уик-энд. Она поднялась на крылечко и робко нажала кнопку звонка. Очевидно, Джим уже спал, потому что открыл минут через пять. Он был в пижаме. Волосы взъерошены, глаза сами собой закрываются. Но, увидев Эшли, он оживился. Сон как рукой сняло.

– Эшли! – широко улыбнулся он. – Ты все-таки решилась!

Он втянул ее в прихожую.

– Я пришла, потому что…

– Мне все равно. Главное, что ты здесь! Он обнял ее и поцеловал.

– Хочешь выпить?

– Нет, разве что воды, – нерешительно пробормотала девушка, отчего-то смутившись. Может, действительно отец прав и она зря все это затеяла?

– Ну конечно! Пойдем.

Джим взял ее за руку, повел на кухню и достал из холодильника бутылку колы.

– Ты, похоже, не в себе.

– Да…, немножко.

– Не волнуйся. Мы здесь одни, и мои предки точно не вернутся раньше завтрашнего вечера. Пойдем наверх.

– Джим, по-моему, нам не стоит этого делать.

Он встал у нее за спиной и нежно сжал груди. Девушка поспешно повернулась.

– Джим…

Но он уже прижал ее к кухонному столу и впился губами в губы.

Нет, это не Джим…, а отец! Отец стоит здесь! Это его голос:

– Я все сделаю, чтобы ты была счастлива, солнышко…

Эшли оцепенела. И не сопротивлялась, когда он начал стягивать с нее одежду… Опять он возьмет ее и причинит боль…

Отец вонзился в нее грубым рывком, по-прежнему прижимая к столу. Из груди Эшли рвался безумный вопль, хотя в комнате слышалось лишь тяжелое дыхание.

И тут Эшли овладела примитивная животная ярость. Краем глаза она заметила большой тесак, воткнутый в деревянную колоду для рубки мяса, и, вытащив его, принялась наносить удары куда попало: в грудь, плечи, живот…

– Перестань, отец! Немедленно отпусти! Да остановись же! – почти визжала она и, немного придя в себя, увидела, что Джим лежит на полу в луже крови. – Животное! – взвизгнула она. – Грязное животное! Больше ты ко мне не притронешься!

Она нагнулась и отсекла плоть, посмевшую вторгнуться в нее.