Рассвет наступит незаметно

Вернувшись в дом, он быстро принял душ, достал из холодильника творог, сметану и мед, сварил кофе и уселся за стол, немного тоскуя по выпечке тети Стеши. Сегодня с утра соседка не побаловала его вкусненьким. Хотя, может, просто он спал так крепко, что она не достучалась.

Первую тетрадь Валевского Андрей открыл с некоторым трепетом, хотя не обладал излишней чувствительностью, не позволяющей читать чужие дневники. В поиске необходимой информации любые средства были хороши. Впрочем, ничего полезного в тетради не оказалось. Покойный Николай Петрович рассуждал о своих чувствах к любимой женщине, той самой Анастасии, которая приходилась бабушкой Вике Угловской.

Называл он ее нежно Настенькой.

Привычки вести дневник регулярно у Валевского не имелось. Записи он делал время от времени, когда происходило что-то по-настоящему важное. Так, стартовал дневник с того дня, когда Анастасия стала вдовой. «Наконец-то, освободилась» – с таких слов начиналась запись, рассказывающая об организации похорон Николая Угловского, в которой Валевский, разумеется, принимал самое активное участие, помогая своей Настеньке.

Скупыми, но очень точными строками он описывал тяжелую жизнь женщины, которую регулярно обижал муж. Смерть этого человека, мало того что негодяя, так еще и многолетнего соперника, воспринималась старым учителем как благо, и это огорчало его, хотя набожным человеком он не являлся."

"Следующая запись была датирована годом позже, когда, дождавшись годовщины смерти ее мужа, Валевский сделал Анастасии предложение, но получил решительный отказ. Здесь подробно описывались уже знакомые Погодину по рассказу тети Стеши страхи Настеньки по поводу проклятого наследия Варлаама.

Не хотела она привносить беду в дом Николая Петровича, потому и замуж идти отказывалась наотрез.

Еще спустя пару месяцев поводом для заметки в дневнике стали сковавшие Малодвинск сильнейшие морозы. Температура воздуха ночью опускалась до минус пятидесяти градусов, в доме Анастасии полетел отопительный котел, и спасителем, пришедшим на помощь, разумеется, оказался Валевский, забравший Настеньку с сыном к себе и организовавший ремонт в кратчайшие сроки. Ох как не хотел он отпускать любимую обратно в ее дом, но Анастасия настояла на своем, ушла жить к себе, в очередной раз сославшись на висящее над ней проклятие.

Судя по всему, именно в это время Николай Валевский и решил изучить историю колокола, чтобы развеять сомнения любимой. Время от времени он описывал в дневнике свои походы в малодвинский краеведческий музей, беседы со старожилами и прочие шаги, позднее нашедшие отражение в книге, которую Погодин прочел накануне. Ничего нового из этих записей почерпнуть было нельзя.

Шло время, рос Настенькин сын.