Ратник

Да и измена не диво дивное…

В общем – тот еще клубок с массой неизвестных.

Наконец он тяжело вздохнул. Еще раз окинул взглядом красоты речного простора. И отправился беседовать с гонцами, которые прислали все города его заокских владений: и Переяславль-Рязанский, и Тула, и Елец и прочие.

Первый гонец. Второй. Третий.

Тулу же он держал в ожидании до последнего. Строго говоря он не желал вообще его слушать, прямо предвкушая, что гонцу есть что сказать. Не по делу, но интересного. И опять это будет связано с Андреем. Последнее время ему казалось, что в Туле если что-то и происходило, то оно было так или иначе связано с этим беспокойным и очень деятельным человеком, который никак не мог сидеть на попе ровно. Словно ему было дело до всего. Но сколько не откладывай, а выслушать тульского гонца все же пришлось. Вон – один остался. Стоит. Мнется. И по лицу видно – распирает от желания говорить.

Царь слегка поморщился, но махнул рукой. Дескать, зови его.

– Ну, сказывай, соколик, – произнес вполне добродушно боярин, стоявший подле царя.

И гонец начал вещать.

И с первых же слов Иоанн Васильевич понял, не подвело его чутье… ой не подвело…

– Освободили полон большой. Сотни две душ, что татары угоняли в рабство.

– И кто сие сделал? – настороженно спросил царь.

– Андрей, Прохора сын.

– Сколько же татар их уводило? – удивился Иоанн Васильевич, памятуя о том, что у Андрея было под рукой всего несколько человек. – Как это произошло?

– Андрей со други своя стал на отдых в рощице небольшой. Промеж курганов старых, ожидая, что татары туда не сунутся. Но они сунулись, встав с полоном также на отдых, но не в лесу, а подле. И тогда, напугав их ночью воем, с помощью рожка особого из бересты, он с людьми своими напал. Вышли пешими и давай стрелы пускать в напуганных. Курганы же. Лес. Ночь. Кого побил. Кого ранил. Остальные разбежались. Хорошо, что полон связанный сидел, а то бы и он разбежался. По утру же всех павших и раненых татар он на колья посадил, поставив те в кружок. Чтобы умирающие смотрели друг на друга.

– Это еще зачем? – удивился царь.

– Они угоняли и отроков малых для содомских утех. Сами признались. Не себе, но на продажу. Вот он их и наказал. Раздел донага да на кол. Чтобы, так сказать, на себе ощутили.

– А сколько у Андрея людей было?

– С ним – полная дюжина.

– А татар сколько побили?

– На колья подняли более восьми дюжин. Старшего среди тех супостатов он лично зарубил в поединке.

– И отколь это известно? От смердов? – встрял боярин один.

– От послужильца его. Ему в предыдущем бою руку отсушило. Вот Андрей его в Тулу и направил на отдых и лечение.

– А что за предыдущий бой?

– Татары на Андрей засаду поставили. Ну так он туда со своими и ворвался да съемным боем воинов степи разогнал.