Ратник

– Вы чего в такую погоду блуждаете?

– Так кто же знал? – извиняющимся тоном промямлил дядя, явно промерзший уже в седле.

– Опустить мост!

И гости стали тихонько втягиваться.

Сани, правда, в узкие ворота не влезли. Поэтому лошадь распрягли и провели внутрь, а их оставили за воротами. В конце концов, кому они там нужны?

– Добре, добре, – поглазев по сторонам закивали и Данила, и Спиридон.

– Благодарствую на добром слове. Но что вас привело ко мне? Ваши же поместья вниз по Упе, севернее Тулы.

– Так мы не в них шли, а к тебе.

– Мы можем переговорить с глазу на глаз?

– Ну… – Андрей скосился на священника и тот степенно кивнул, дескать, все нормально. – Пойдемте.

Вот все четверо и прошли в старую землянку.

– Что-то случилось?

– Мы узнали о том, что ты решил создать общество соблагоденствия воинства тульского, – начал Данила.

– И решили, раз уж мы твои родственники, то было бы недурно с нас начать.

– Вы разве представители беднейших помещиков? – удивился Андрей.

– Но мы твои родственники! Это намного важнее!

– Общество то создано для того, чтобы полк мог выехать на службу как можно полнее. Чтобы ежели татары нападут, мог их прогнать. А не чтобы бедные беднели, а богатые богатели.

– То есть, ты не хочешь нам помогать?

– По совести, то вас нужно лесом послать, – спокойно заметил Андрей. – Вы ведь мне не помогали, когда я нуждался. Так ведь?

– Почему не помогали? Племянницу мою мы же за тебя отдали? Отдали! – заметил Данила.

– Если бы не это, – дополнил его Спиридон, – то твое положение в полку стало бы очень шатким. Теперь-то ты наш родственник. И если кто тебя убьет, за тебя будет кому мстить.

– Это мне жить помогало?

– А то! Тебя ведь пытались ограбить. Но, помнишь, как сие происходило? Считай выкрутасы всякие делали. А если бы нас не было, то действовали бы смело и открыто. Отцовы-то родичи твои далеко.

– И негоже от родни отворачиваться!

– Твою мать… – емко резюмировал ситуацию Андрей.

Ну а что он хотел?

Огонь, вода и медные трубы в чистом виде.

В чем смысл этого высказывания?

Трактовок много. Андрей же держался той, при котором говорится об испытании бедой, благополучием и славой. В каждом из случаев проверка сводилась к одному и тому же: останешься ли ты человеком? Ведь всегда можно скатиться к какой-либо форме мерзости. Зазвездиться. Скурвиться. И так далее. И неизвестно что страшнее из этих испытаний. Он слышал от отца много таких историй в прошлой жизни. О том, например, как в «святые» 90-е кто-то жил бедно, но не терял человеческого лица. А поднявшись и получив более-менее приличные ресурсы, тут же превращался в злобное и скрытное дерьмо. Впрочем, имелись и обратные примеры. У всех свои слабости. Человеком же всегда и везде может оставаться далеко не каждый.

Проверку бедой он уже прошел. Вроде бы. Отбился.