Развод. Ты предал нашу семью (СИ)

— Вот и не лезь, — тихо, но ласково огрызается Люба, а затем вновь всматривается в мои глаза. — Слушай, мамкой я буду хорошей, а у Ярика не будет вариантов кроме, как быть хорошим папкой. Я час сидела в курятнике, Нин. Обычно и десяти минут хватает, а тут час думала.

— Лишь бы теперь она не обманула.

— Не обманет, — Ярик чешет щербатую щеку.

Аккуратно вытягиваю ладонь из руки Любы и разворачиваюсь к Глебу:

— Что думаешь? Это же твой генетический материал…

— Думаю, что, — он тоже разворачивается ко мне, — сыну или дочери Ярика и Любы невероятно повезет. Вот что я думаю, Нин. И теперь я считаю, что я должен прийти к Пастуху и сказать ему спасибо за то, что он однажды с Яриком знатно накосячил."

"— Может, не надо? — устало спрашивает Ярик. — Он в прошлом, Глеб. Почти в прошлом. Деньги даст и все. Точно в прошлом, — вздыхает, — блин, я от него, правда, хочу отвязаться уже. И мне, наверное, надо номер телефона сменить. Хотя… этот жирный таракан все равно его узнает, если вздумает меня найти… И зря ты, Глеб, к его юристу пошел. Он на это обиделся.

— Если я еще жив, то не обиделся он.

— Тоже верно.

— Слушайте, — Люба неловко улыбается. — Хорошо поболтали, но мне надо обратно.

Глеб встает и протягивает руку Ярику:

— Я отдаю тебе полный контроль над Надеждой. Ты будешь хорошим отцом, Яр. И я рад, что ты однажды пришел ко мне. Даю слово, что я не буду лезть к твоему ребенку с правдой. Я буду твоим другом, и в такой ситуации твоя семья всегда может рассчитывать на меня… нет, на нашу семью.

— Чо и коровник со мной новый построишь? — Ярик вскидывает бровь.

— Построю, — Глеб улыбается.

— Другое дело, — Ярик решительно поднимается на ноги и крепко пожимает руку Глебу, вглядываясь в его глаза. — И вы на нас рассчитывайте.

Люба всхлипывает и тоже встает:

— А мы, давай, с тобой обнимемся, подруга!

Глава 44. И в кого ты такая?

Бабища Ярику под стать.

Страшная, толстая и неповоротливая. Еще и коса эта дебильная. Короче, деревня деревней.

— Деньги где? — спрашиваю я.

— Ты притормози, — Ярик садится на стул передо мной. — Деньги получишь, когда ребенка отдашь.

— Обманешь, — зло отвечаю я.

— И не стыдно тебе, — спрашивает меня Люба. — Ребенка продаешь.

— Не твое дело, — перевожу на нее взгляд. — И нет, не стыдно. Нотации мне тут не читай.

Господи, вот же отожрала харю.

— Теперь я поверю, что Глеба подставили, — тихо отвечает она, вглядываясь в мое лицо. — Деньги так любишь?

— Люблю, — усмехаюсь. — Надоело в нищете жить и жопу рвать.

— Тогда в твоих интересах родить, Надежда, — Ярик щурится на меня. — И деньги будут. Получишь ты их и гуляй. Попробуешь появиться, то пеняй сама на себя.

— Где гарантии того, что не обманешь?

— А где гарантии того, что ты доносишь? — спрашивает Люба и вскидывает бровь.

— Доносит, — Ярик цыкает.