Разрешаю смотреть

Очередной раскат грома заставляет дёрнуться.

— Я на вокзале у фонтана, — говорю ему наконец-то. — Не могу вызвать такси.

Теперь его очередь молчать. И это молчание окончательно уничтожает мою уверенность в себе.

— Ты не подкинешь нас до дома? — делаю голос весёлым, а сама закрываю глаза. Оттого что я оправдываюсь и объясняюсь как вор. Перед ним. — Мы… я бы тебе не стала звонить, но мы так замёрзли. Не знаю, кому ещё позвонить, дед за городом...

Это звучит ужасно нелепо.

— Федь… ты ещё тут?

— Да, — отвечает он. — Буду через двадцать минут.

Кладёт трубку, а я борюсь с комом в горле.

Более ужасный приём сложно представить.

Он не хочет меня видеть, это очевидно. Он ведь так и сказал.

Дура…

— Пошли… — Беру сестру за капюшон, когда спустя пятнадцать минут получаю сообщение на телефон.

“У центрального выхода.”

Он не указал марку и цвет машины, и я понимаю почему, когда вижу прямо перед ступенями центрального входа “Додж Челленджер”.

Чёрного цвета и с двумя параллельными белыми полосками по всей длине!

— Я такую в кино видела… — озвучивает мои мысли Адель, пока я пытаюсь захлопнуть приоткрытый рот.

Пялюсь на броскую машину, закипая от раздирающего башку диссонанса!

Он просто… невозможный!

Я ожидала чего, мать его, угодно, но только не этого. Он носит футболки по три бакса, а его машина сжирает три ведра бензина, как только нажмёшь на газ! И это не говоря о том, что она… эксклюзивная! И совершенно неэкологичная!

Федя быстро выпрыгивает из машины и, набросив на голову чёрную косуху, бежит к нам, перешагивая через две ступеньки.

На нём футболка и драные джинсы такого же цвета, что и куртка.

Обняв себя руками, глажу замерзшие плечи.

Окинув меня взглядом, задерживает его на лице и набрасывает на меня свою куртку, а потом подхватывает наши с сестрой чемоданы.

Перекрикнув окружающий нас гул из дождя, грома и звуков железной дороги, велит:

— В машину!

Адель с визгом выбегает под дождь вслед за ним, а я пялюсь на обтянутую чёрными джинсами задницу и спину, к которой мгновенно прилипает футболка.

Он похудел… от этого кажется выше…

Обогнав Адель, открывает для неё дверь и откидывает пассажирское сиденье, чтобы она забралась внутрь.

Утопая в воде по самую щиколотку, подбегаю к ним.

— Садись, быстро! — Подталкивает меня Федя и захлопывает дверь этой нереально выпендрежной тачки.

По его лицу и волосам стекают капли дождя, когда занимает водительское сиденье. Не могу оторвать от него глаза, потому что оно ужасно осунулось.

Под глазами тёмные круги, и тяжёлая челюсть кажется ещё тяжелее…

У меня ноет под ложечкой.

Я так хочу до него дотронуться, что сводит горло.

Осмотревшись в зеркала и не говоря больше ни слова, быстро трогается с места. Мотор громко тарахтит, и я бы фыркнула, если бы могла.