Разреши мне любить

Опустошение и раздражающее давление извне разбивают хрупкое равновесие. Забившись в угол между вешалкой и входной дверью, борюсь с приступом удушья.

Глава 13

Варя

Сознание от лекарства немного путаное, и неумолимо тянет в сон. Кожа еще покрыта испариной, но я знаю, что это скоро пройдет, головная боль, пронзающая виски и затылок, тоже.

Закрываю глаза и чувствую, как меня поглощают серые тени. Проваливаюсь в глубокий сон без сновидений и внезапно, по внутреннему будильнику, просыпаюсь в полночь.

Несколько мгновений пялюсь в потолок, вспоминая, где я. А потом смотрю на стоящие вплотную друг к другу из-за недостатка места кроватки. Ромка спит крепко, а Арсенька ворочается и часто вздыхает – значит, скоро попросит молока.

Тихонько поднявшись с узкой кровати, я переодеваюсь в пижаму и бесшумно выскальзываю из комнаты. За дверью родительской комнаты еле различимый бубнеж телевизара. Это вернувшийся с дежурства папа смотрит документальный фильм или сериал.

Я прохожу на кухню, достаю из холодильника молоко и бутылочку и слышу, тихий скрип двери и звук босых ног по линолеуму.

– Как ты? – спрашивает мама, кутаясь в тонкий хлопковый халат, – Перепугала меня.

– Нормально уже.

– Юля что-то говорила про твою панику. Это она?

– Да, иногда бывает, – отмахиваюсь с улыбкой, – Но сейчас уже реже.

– Тебе нужно к врачу с этим сходить.

– Я была у врача, мам, – говорю, разогревая молоко, – Это врач мне назначил лекарство.

– И что, это не лечится? Откуда у тебя вообще взялись эти приступы? – шепчет встревоженно, – Раньше, до свадьбы, ничего не было. Это из-за беременности и родов?

– Нет. Из-за постоянных тревог. Как только они пройдут, исчезнут и атаки. Просто сегодня я перенервничала.

– А что было, если бы меня не оказалось рядом? – не унимается она, – Ты не в себе, дети одни…

– Приступы не длятся долго. Всего пару минут…

– Ох, не знаю, Варя… – вздыхает мама, держась за грудь, – Страшно мне тебя одну с детьми в съемную квартиру отпускать.

– На съемной квартире мне будет спокойнее…

– И поэтому приступов не будет? – договаривает с сарказмом.

– Ага…

Забрав молоко, я иду в комнату, где, сидя в кровати меня уже ждет сонный Арсений. Вкладываю бутылку в его руки и жду, когда он напьется, после чего целую в макушку и укрываю одеялом.

После горячего душа тоже ложусь спать – залезаю под одеяло с головой и закрываю глаза. Перед мысленным взором тут же появляется Лешкино лицо. Суровое, по-мужски красивое. Лед в глазах, недоверие и презрение прошибают ударами тока.

Я готовила себя к его ненависти. Никаких неожиданности и потрясения. Я предала, совершила фатальную ошибку и сейчас свалилась, как снег на голову с двумя детьми.

Нужны ли они ему? Возможно.

Нужна ли в качестве их матери я?

Конечно, нет!..