Разреши мне любить

Обтянутые ею плечи кажутся необъятными. Он сильно изменился за то время, что мы не виделись – стал сильно взрослее, выше и мускулистее, словно все два с половиной года не выходил из зала.

Взгляд и энергетика тоже другие – я больше не чувствую тепла и интереса.

– Какой этаж?

Лешка молча заходит в просторный лифт и нажимает кнопку третьего этажа. Необходимости отвечать нет, и он не отвечает.

Через несколько секунд двери разъезжаются, и мы выходим на нужном этаже, в светлое помещение с большими окнами.

– Ремонт уже закончен? – спрашиваю, чтобы не молчать.

– Остались финальные штрихи, – говорит он, открывая дверь ключом, – Думаю, в течение трех дней закончат.

Внутри тепло и пахнет свежей краской и чем-то еще из материалов для ремонта. Свет зажигается, едва мы оказываемся в прихожей и заливает собой все пространство. Стены выкрашены в светло-серый, полы сияют глянцем. У порога аккуратно составлены банки, кисти и какие-то аэрозоли.

– Мальчишки могу испортить твой ремонт, Леш, – предупреждаю, вспомнив их художества на обоях в родительской квартире.

Мама купила им краски и фломастеры, а потом сокрушалась, как в итоге дорого они ей обошлись.

– Не разувайся, – не обращает внимания на мои предостережения.

Я прохожу вглубь квартиры и останавливаюсь на пороге кухни. В ней уже установлен кухонный гарнитур и современный холодильник.

– Ты собирался переезжать сюда? Мы испортили твои планы?

От мысли, что в этой квартире он должен был жить с Алей, что это она выбирала цветовую гамму интерьера и мебель для кухни, мне становится по-настоящему плохо. Я не собиралась разрушать его жизнь и знать ее подробности я тоже не хочу – боюсь не справиться.

– У меня есть, где жить.

– В той старой однушке?

Леша разворачивается и идет в гостиную. Я за ним.

– Ты платишь за нее ипотеку?

– Закрыли тему, Варя, – проходит в комнату и встает около окна с видом на залив, – Какую мебель сюда заказать?

– Эмм… – в растрепанных чувствах оглядываюсь по сторонам.

Дыхание сбивается. Меня не покидает чувство, что я вламываюсь на чужую территорию. Стыд прожигает кожу насквозь.

– Диван, кресло, шкаф… – перечисляю глухо, – ковер на пол, потому что дети часто бегают босиком.

– Что еще?..

Обернувшись, смотрю, как закатное солнце тонет в заливе.

Я попрекала себя каждой копейкой, что тратил на нас Станис. Не хочу снова чувствовать это.

– Я сама все куплю, Леша. У меня есть на это средства.

– Завязывай…

– Я настаиваю, – повторяю тверже, – Иначе…

– Что иначе, Варя? – оборачивается через плечо.

Угроза в тихом голосе ударяет в основание шеи. Между нами повисает пробирающее до мозга костей напряжение.

Проталкиваю воздух в легкие усилием воли.

– Иначе, мы сюда не переедем.

– Не надо манипулировать мною.