Развод и девичья фамилия (СИ)

И глаза ребёнка, в которых столько надежды и ожидания…

Господи, дай мне силы — что же делать? Она не имеет права присваивать себе звание их матери. Да Воротаев ей голову открутит, если узнает, о чём они тут говорят!

— Конечно, я хотела бы, чтобы у меня была такая умница дочка, — выкрутилась Екатерина и, повернувшись на шум, увидела замершего в дверях полуголого Воротаева.

От ужаса — сколько мужчина услышал?? — Катя сама остолбенела, не зная, что сказать. Желание отчитать мужчину за то, что ночью ввалился в её комнату, пропало напрочь.

— Я посмотрю, как там Артём, — выпалила она и бросилась в ванную."

"Вовремя, потому что мальчик вместо умывания сосредоточенно хлопал ладошками по струе воды и хихикал, наблюдая, как во все стороны разлетаются брызги.

— Мама, а где моя щётка? — в ванную влетела довольная Лиза, и Катя подавилась вопросом — следом за дочерью нарисовался Александр и показал ей — молчи! Всё потом.

Едва не вздрагивая каждый раз, когда дети обращались к ней не по имени, Катя помогла Артёму привести себя в порядок, переодела его. Александр в это время помогал Лизе.

— Тук-тук-тук! Можно? — в двери заглянула Кира. — О, всё семейство в сборе! Молодцы, что встали и уже умылись. Катя, Саша, давайте малышню, у них свой завтрак и такая программа, что не заскучают и на шалости времени не останется.

— Мамочка, я хорошо почистила зубки? — лучше момента Лиза просто не могла выбрать!

— Замечательно почистила, — машинально ответила Катя, мельком взглянув в услужливо открытый рот. — Умница! Бери Тёму за ручку, и идите с тётей Кирой.

— Вы тоже сильно не задерживайтесь, там Вовка копытом землю роет от нетерпения устроить экскурсию по своим владениям, — улыбнулась хозяйка. — Идем, детвора! Родители, ждём вас через полчаса в патио, где вчера шашлыки ели!

Дети ушли, и Катя решительно развернулась к Воротаеву.

— Тсс! — правильно угадав, что она от возмущения почти не в состоянии контролировать себя, мужчина перехватил инициативу, сначала приложив палец ей к губам, от чего Катя подавилась возгласом. А потом обнял и поцеловал.

Господи, она шесть лет не целовалась!

Все мысли вышибло из головы, осталась лишь звенящая пустота и ощущения то твёрдых, то мягких мужских губ, захвативших её в плен. Александр не спрашивал разрешения, он покорял и брал. Как будто у него есть на это полное право, будто она на самом деле принадлежит ему! И самое ужасное, вся решительность Кати, все благие намерения куда-то исчезли. Здесь не было хозяина и прислуги. Просто женщина. Просто мужчина. И обжигающие, сносящие крышу поцелуи.

Ощутив язык мужчины у себя во рту, Катя собрала остатки самообладания и с трудом, но смогла прийти в себя и упереться Александру в грудь, отталкивая. Сил говорить у неё не было, да и воздуха не хватало.