Развод. Его случайный ребенок

Встает на расстоянии вытянутой руки, и мне стоит огромных усилий, чтобы не отшатнуться.

Воздух в коридоре вокруг нас мгновенно накаляется. Одно неверное касание, и все вокруг заискрит.

Медсестра переводит взгляд с меня Аркадия и обратно.

– Карина Владимировна…– бормочет растерянно. – Все хорошо? Может…

– Не нужно, Женечка. Все в порядке.

Девушка всматривается в мое лицо. Хмурится, чувствуя неладное. Но она знает, что мне далеко не единожды пришлось общаться с недовольными, а порой даже разъяренными мужьями и новоявленными отцами. Поэтому коротко кивает и быстро удаляется прочь.

Аркадий словно этого только и ждал.

Грубо хватает меня за предплечье и тянет в ближайший кабинет. Благо он оказывается свободным.

Я подчиняюсь только потому, что в первые минуты нахожусь в глубоком шоке – муж за два года никогда не проявлял ко мне агрессию. Я даже представить не могла, что он на такое способен.

Аркаша буквально заталкивает меня в кабинет. Я оступаюсь и чуть не лечу носом в пол. Выравниваюсь и резко разворачиваюсь. Аркаша пыхтит и только разве что не плюется огнем.

– Ты что себе позволяешь?! Какого хрена ведешь себя как тупая малолетка?! Ты не ночевала дома! Я тебе звонил, писал! Сложно было взять трубку?

Открываю и закрываю рот.

Я сейчас не ослышалась?! То есть, мой милый «Султан Сулейман» не понимает причин, по которым я его ни видеть, ни слышать не хочу? Желательно до развода. Жаль, что этого не будет. Аркаша, кажется, мне еще потреплет нервы.

– Я всю ночь не спал, чуть с ума не сошел, – продолжает тем временем муженек. – Искал тебя! Обзвонил всех подруг, больницы…Ни у Ники, ни у Лизы тебя не было! Где ты была? У тебя кто-то есть?

С последнего вопроса буквально вскипаю.

Хочется проехаться кулаком по этому холеному лицу, но я из последних сил держу себя в руках. Рукоприкладство – не выход. Да и я понимаю, что совершенно не знаю собственного мужа. Мы никогда так сильно не ругались, кто знает, может, в такие моменты он поднимает руку на женщин?

– Не суди людей по себе. Это во-первых. А во-вторых, после открытия твоего маааааленького секрета, я считаю, что у меня развязаны руки, Аркаша. И вопрос, где я ночевала, тебя больше совершенно не касается.

Муж рычит. Ударяет кулаком в стену, и я вздрагиваю.

Втягиваю голову в плечи и отодвигаюсь на безопасное расстояние. Но я сама себя загоняю в ловушку – оказываюсь в углу. Холодок прокатывается по спине. Приступ паники нарастает.

Аркаша приближается. Тяжело дышит, ладонь по-прежнему зажата в кулак.

– Извини, – протягивает руку и заправляет прядь волос, а я отшатываюсь. Мерзко и страшно одновременно. Выворачивает наизнанку, едва представлю, что он и Милану так касался. Аркаша, конечно же, замечает этот жест, стискивает челюсти и скрипит зубами.