Развод и девичья фамилия (СИ)

Нажал, открыл экран…

— Что за… какого хрена?!

Ада

Никогда не думала, что через час с небольшим, спустя два коктейля и безвкусный Цезарь, вот так просто, без лишних церемоний, я буду выплясывать с девчонками, на тесном танцполе странного заведения.

Лёшка как-то быстро сумел уговорить меня остаться. Пристыдил, мол, одноклассников совсем забыла. Ну а я, понимая, что всё равно ехать в гостиницу, валяться и, наверное, снова плакать, решила — какого чёрта.

Почему я должна уходить от них, таких весёлых и разговорчивых?

Действительно. Сколько той жизни, и одноклассников я встретила только один раз.

Оставаться одной в пустом номере, плохая перспектива. Если есть альтернативное решение в лице девчонок и Гаврилова, то лучше выбрать его.

Гулять так гулять!

Какого чёрта!

Чем дальше в лес, тем больше, чувствую, дров мы наломаем.

После третьего коктейля я совсем развеселилась. Лёшка потянул меня на медленный танец, а я и рада.

Девки остались наблюдать за нашей офигенной парой.

Весь вечер мы обсуждаем, какая офигенная пара была бы, если бы мы с Лёшкой когда-то не расстались. Причём по моей вине.

Медленный танец. Лёшка прижимает меня к себе, практически не стесняясь окружающих. Я скромно пытаюсь его отодвинуть. Редкое состояние моей лёгкой невменяемости налицо.

Так-то я не пью ничего крепче шампанского, а здесь в коктейли налили явно что-то покрепче. Хотя девчонки утверждают, что они постоянно такое пьют.

Поверила и вот, что-то я слишком весёлая.

Весёлая и злая. Неожиданно включилась во мне какая-то отчаянность и вседозволенность.

Прохору можно девок щупать, а мне что и к мужику уже не прижаться?

Перестаю вырываться из Лёшкиных рук. Кладу ладони ему на плечи.

А что, ничего так. И он красавчик, и голос его, звучащий возле моего уха, как раз самое оно, что я сейчас хотела бы услышать.

— Ты меня динамила весь одиннадцатый класс, помнишь?

— Конечно, я хотела тебя позлить…

— Ты меня не злила…

— Да?

— Ты сердце мне разбивала. И истоптала своим маленькими ступнями.

— Откуда ты знаешь, что они маленькие? — пытаюсь сгладить то его разбитое сердце.

— Я их видел и трогал… и ещё потрогаю, — прижал сильнее.

Я хихикнула и упёрлась ладонями в его грудь.

— Лёш, неужели так страдал?

Он вдохнул полной грудью, и я почувствовала тесноту его объятий.

— Я очень хотел… тебе отмстить.

— Я виновата, каюсь, прости, — поворачиваемся, и вижу, девки не сводят с нас глаз.

Чёрт, это всё так странно, неожиданно и некстати.

Однако свободных столиков уже почти не осталось.

Вечер, пятница, люди отдыхают… я повела головой и вдруг… мамочки. Взглядом сталкиваюсь с человеком, лицо которого до боли знакомо.

Григорий!

Терпеть его не могу. Этот скользкий, старый дружок Прохора.

Но сейчас это вообще никак не важно, могу я его терпеть или не могу.