Развод. Я календарь переверну

- У меня тот же вопрос, Макар, что тут делаешь ты?

- Я? — муженёк старается сохранить невозмутимость, но после юбилея это сложно, я понимаю. Пить надо было всё-таки меньше. Я же видел, как он вискарь хлестал.

Особенно после того, как Ада уехала.

- Да, Макар, ты.

- А ты? Ты вчера сказала, что развода не будет!

- И поэтому ты побежал к адвокату? — Ада надменно выгибает бровь.

Что там её Игнатов, кажется, куда-то в депутаты метит? Я бы на месте партии, от которой он выдвигается, обратил бы внимание на его супругу.

Вот кому надо в думе заседать!

Глядишь, и жизнь в стране наладится.

Таких людей во власти нам не хватает.

Уверенных, принципиальных и бескомпромиссных.

Ада ведь не пойдёт на компромисс, да? А на принцип пойдёт.

Не зря она ко мне обратилась.

ЕЙ нужен был лучший. И она хотела, чтобы было красиво. Что ж...

- Хорошие мои, давайте-ка успокоимся и присядем. Раз уж вы оба тут. Возможно, нам удастся сейчас устроить примирение сторон? Знаете, так бывает. В моей практике, конечно, это случалось редко...

- Примирение? Но мы вроде... не ссорились? - усмехается Игнатов. — Адочка, я пришёл вообще-то совсем по-другому поводу. Не затем, о чём ты подумала.

-- А о чём я подумала?

- Ну, ты сама сказала, развод?

- Я сказала? Это ты сказал, Игнатов. Может быть, я тоже пришла сюда по другому поводу?

- Дорогая, какой у тебя может быть повод, чтобы прийти к адвокату?

- Банальный, Макар. Герман мой любовник.

Вот так.

Шах и мат.

Обтекайте, господин Игнатов, обтекайте.

26.

- Чт... что?

Интересно, у Германа есть в кабинете скрытая камера? Потому что фейс моего муженька надо видеть.

Просто зачёт.

Жалею, что не достала телефон и не щелкнула.

- Ада ты... блядь, ну и шутки у тебя! Просто крындец!

- Шутки? При чём тут шутки? — не унимаюсь, хотя Макар давал мне шанс.

Вот только шанс этот мне на хрен не упал.

- Аделаида, прекрати. Тебе это не идёт.

- Друзья мои, я вам не мешаю? — зычный голос Крестовского заставляет моего,

Макара чуть осесть, и закусить удила.

- Герман, я просто... я немного не в себе...

- Это видно. Так, может, не стоило тащиться сюда? — делаю вид, что оглядываю Игнатова, хотя мне и так всё с ним ясно. — Не в себе?

- Я приехал по важному делу. Мне нужно обсудить один вопрос. Это касается только моей фирмы, Ада!

- Твоей? — вот тут моё самообладание меня немного подводит.

Голос дрожит. Хотя я чувствую в нём холод. Лед. Если бы змеи улыбались, моя улыбка сейчас должна была бы быть похожей на их.

Макар смотрит, глазками хлопая. Не понимает.

Куда тебе, милый. Ты так привык к собственной значимости.

Вернее, тебя к этому приучили. Начала мама, а я, дура, подхватила.

Нет, согласитесь, это же кажется правильным возвышать собственного мужа?

Внушать ему, какой он сильный, мудрый, великий. Что он не один из многих, а единственный. Неповторимый.

Ублюдок.