Развод. Искусство слать всех на...

И это не прошло даром, отец даже заболел на нервной почве!

Оля с громкий «чпоком» открывает новую банку и бурчит себе под нос:

- Господи, это какой-то сюр! Коля, прием! В этой истории жертва одна, твоя мать! Ты должен быть на ее стороне хотя бы потому, что она тебя воспитала!

- Я очень ей благодарен за свое счастливое детство! Но я уже вырос, сопли мне вытирать не надо, с ложки кормить тоже, к горшку, слава Богу, приучен! Я взрослый и могу со стороны видеть, кто больше нуждается в поддержке! Отцу плохо! Он в ужасе, что потерял жену!

- Услышь меня, - повышает Оля голос, - потому что ты теряешь что-то большее! Человеческий облик и маму!

Блядь, какой неуместный спор, и как же сильно болит голова! В висках колотит так, что я начинаю кричать, лишь бы заглушить этот стук молотков по черепной коробке.

- Никуда мама не денется! Мама это святое, она в базовых настройках у каждого человека! Так что подуется и вернется, а наши ссоры на эту тему меня уже напрягают!

- Извини, пожалуйста, что напрягаю тебя, - ровным безжизненным голосом произносит Оля.

И только сейчас я понимаю, какую херню только что сказал сказал.

- Оль, я не подумал…

- Да брось, как будто в первый раз, - слышу, с каким остервенением Олька закручивает крышки на своих баночках и понимаю, что сейчас на месте тех самых крышек моя кровожадная жена представляет меня.

До упора щелк, и нет головы у Коли.

Меня аж передергивает от правдоподобности картинки. И от того, как смотрит на меня любимая женщина. Не с восхищением, как раньше. Не с любовью. Не с чувством нежности и блеском в глазах.

Нет, глаза по-прежнему блестят, только от еле сдерживаемых слез и горящего в них разочарования.

Как же я ненавижу быть плохим!

И поэтому бросаюсь в омут, лишь бы исправить ситуацию:

- Я не то имел ввиду, я просто… какая разница, какая мама, да? Родила, спасибо, и на этом, пожалуй, все.

- А ты прав, - соглашается жена, и я не слышу в ее тоне сарказма. Видимо, и эта дурацкая черта у меня в отца. – Разницы нет никакой. Между алкоголичкой, которая устроила из вашего дома притон и водила домой разных дядей, которые с интересом смотрели в твою сторону и мамой, которая каждые выходные пекла печенье и покупала новые картриджи в приставку, чтобы позвать домой весь двор, и чтобы над рыжим мальчиком никто не смеялся – нет никакой разницы. Моя мама, Коля, водила дружбу со всеми бомжами, потому что вот такой у нее был круг интересов, а твоя выучила вместе с тобой китайский, чтобы потом, если твой всратый папочка не возьмет тебя на работу, ты бы мог устроиться в любое место! Твоя тебя любит, даже когда ты мудак, а моя не хочет знать, где я и как. Не «не может», Коль, а просто не хочет, хотя я сама звонила, просила о встрече. Все хотела ей доказать что-то, мол, смотри, какая я выросла, подарок даже купила, а она не пришла.