Развод. Искусство слать всех на...

Оля грустнеет и просит просто помыть и уложить ее волосы. Выглядит она в этот момент совсем плохо.

- Оль, - тихонько зову невестку, - да не переживай ты так, Коля справится. Он только прикидывается дурачком, а у нас дома и готовил сам, и убирал, и стирал себе прекрасно и даже рубашки в университет гладил.

- Это рубашки, а это ребенок, - вздыхает бедняжка. Ее плечи всякий раз напрягаются, когда раздается пиликанье телефона. Значит, пришла очередная смс от сыночка. А пишет тот с завидным постоянством, скорей бы уже Маркуса спать пошел укладывать и сам заснул. Потому что невозможно смотреть за мучениями бедной девочки! А уж когда Коля мне позвонил, Оля чуть было не сорвалась домой, мы с Кариной ее в четыре руки удержали.

- Он и ребенка погладит, - хихикает подруга, подмигнув мне.

Ну да, мы то с ней вроде как опытные, и дети у нас взрослые, у Ким вообще целых три с половиной – трое своих и одна Ленка. А Оля впервые оставила сына так надолго с папой. Это она конечно зря… зря так поздно подключила Колю к родительству. Бессонница, труд и подтирание мелких жоп прочищают голову лучше любых нравоучений. Так что через пару дней мой сын может выздоровеет от новомодной болезни «я самец и вообще никому ничего не должен». А может нет, и вирус глубоко поразил его рыжую голову. Но у этих еще не все потеряно, раз Коля обрывает ей телефон, а вот я идиотка, и всю жизнь огораживала Стаса от проблем в семье. Сама воспитывала сына, сама держала быт, сама ремонт делала. Все сама. И вот что получила в благодарность.

Любовницу. И мужчину, который не держит свое слово. Который не в состоянии понять, что на Севере другой климат и лучше взять с собой зимний пуховик а не пижонское осеннее пальто. Который не может найти себе нужную таблетку в корбке с лекарствами. Который ломается от обычных бытовых трудностей, и несет свою боль миру, полностью позабыв, что важнее его страданий в тот момент была я. Я и мое здоровье, а не он и его реакция на то, что жена вдруг слегла.

Перечислять ""грехи"" Стаса можно долго. И хоть во многих из них я виню себя, уже сейчас мне понятно - я мужа не прощу.

Нельзя простить того, кого когда-то любил, а теперь презираешь.

- Слушайте, - заявляю так громко, что все поворачивают ко мне взгляды, а мне можно краску с аммиаком? Вон ту, розовую. - И, опомнившись, добавляю: - только не всю голову, давайте просто прядку?

Это безумие и это так на меня не похоже, но я хочу сделать невестке приятное. Пусть и таким, немного корявым способом. Наверное, простого «извини» было бы достаточно, но не для меня, и не за ту поддержку, которую я получила.

- Вардуи, - зовет кого-то Карина, пока мне наносят на волосы маску, - душа моя, сделаешь Риточке легкий вечерний макияж? Только легкий, а не вот эти твои «последняя незамужняя подруга на армянской свадьбе».