Развод. Не бывшие (СИ)

Разгоняется частота сердцебиения, потеют ладони, и трясутся ноги. Через каких-то десять минут я увижу Динара, ждущего моего отца для переговоров.

Как пройдет наша встреча?

Что первое он скажет или сделает?

Сколько готовлю себя, не могу и представить, что реальность окажется куда прозаичней — Динар мазнет по мне взглядом, криво усмехнется и вернет взгляд обратно в меню, словно там что-то куда важнее, чем жена, которую он не видел почти целый год.

Глава 7

Динар

Я не знал, что она приехала.

Не имел ни малейшего понятия, что Ясмин в городе.

А если в городе она, то и мои дети тоже.

Сыновья. Дочка. Мне стоит невероятных усилий держать себя в руках, когда она заходит в ресторан и останавливается возле моего столика. Уже не такая, какой я ее помню. Другая.

Кажется, вернулась та Ясмин, в которую я влюбился — гордая, неприступная, знающая себе цену и умеющая за себя постоять.

Отточенными движениями выдвигает стул, садится. Кладет сумочку на край стола и, расположив локти на столе, сцепляет руки в замок и упирается в них подбородком. Неотрывно смотрит на меня. Ее взгляд сквозит равнодушием и холодом. Хочется укутаться, таким морозом обдает, стоит только на нее посмотреть.

Я с силой сжимаю пальцами меню, потому что хочется — ее шею. За то, что сбежала. За то, что оставила меня разгребать весь тот пиздец, который посыпался в новостях. За то, что… блядь, да она ребенка у меня забрала. Я Надю видел два раза и даже не смог подержать на руках.

— Здравствуй, Динар.

“Здравствуй”, блядь?

Я все-таки немного теряю контроль. Беру со стола стакан с водой, осушаю. Жестом подозвав официанта, прошу стакан виски. Наплевать, что она подумает, если я останусь трезвым, чувствую, за себя не ручаюсь.

Впрочем, под алкоголем не ручаюсь вдвойне, но может быть, хотя бы тело, скованное напряжением, расслабится.

— Я пришла, чтобы поговорить о разводе.

Вот так сходу? О разводе?

— Даже не поговорим?

Виски мне приносят быстро. Видимо, официант, зная меня как постоянного посетителя, молниеносно считывает напряжение. И ретируется, едва поставив стакан рядом.

— Я хочу получить развод. Делить нам нечего, на твое имущество и бизнес я не претендую, все можешь оставить себе.

Стойко. Холодно. Серпом, блядь, по яйцам.

Делить нам нечего?

Детей, видимо, априори присвоила себе.

— Что насчет детей?

В ее взгляде проскальзывают первые эмоции. Смесь смятения, страха и неуверенности. Не думала, что я спрошу о детях? Да ладно! Я год их не видел. Мальчики в школу скоро должны пойти. Интересно, спрашивали, где отец? Уверен, что да. И что она им сказала? Правду? Или соврала? Предположений море, и я давлю их на корню, потому что едва только начинаю раскручивать, как внутренности завязывает в узел.

— Дети будут со мной.