Развод. Ошибку не прощают (СИ)

 — Еду на совещание в администрацию. Один тащи. Кстати, что с тобой все же? Какая муха грызнула? Или ты порошком закинулся, что прет так?

— Нормальный ты нет? — искренне удивляюсь. — Мы с тобой порошок когда последний раз жрали? В старинные года? Вспомнил дела минувших дней.

— Не расколешься?

— Иди жри, Игорех, — показываю на дверь, где он застрял как боров в капкане. — А то не дай Бог похудеешь.

— Ох, ты ж сука! Иди на своей стиральной доске побренчи. Настоящий мужик должен иметь небольшой живот, — показательно гладит отросшее брюхо, — а у тебя пособие биологическое. Ирку видел да? Дала тебе что ли? Рожа прям светится.

Неожиданный переход с темы на тему сбивает с толку, но ненадолго. Всем Гарин хорошо, но любопытен без меры. Лыбу давлю в ответ и только. Нечего ему по моим делам шариться. Так и не дождавшись ответа, уходит восвояси.

Добиваю до темноты. Домой идти не хочу. Там пусто и никто не ждет. Добавляет эмоций сообщение от дочери.

«Папочка, я уже соскучилась. Когда приедешь еще»

В груди трещат ребра. Ломаются и осыпаются под ударами колотящегося сердца. Мне кажется, что все органы ширятся, разбухают, вымещая гулкую мышцу в глотку. Пялюсь в короткие слова, глаза печь и щипать начинает. Прежде чем ответить, долго собираюсь в кучу и заставляю себя как-то функционировать.

Моя любимая нежная сладкая Варенька. Чем старше она становится, тем невыносимее разлука. Скучаю тоже. Сил больше нет одному находиться. Даю себе еще минуту и жму видеовызов. Ровно через секунду появляется мордашка Вари. Она радостно машет и никак не попадет по сенсору, чтобы увеличить изображение.

— Привет, па!

— Как ты, родная?

— Хорошо. Только с велика свалилась.

Велю показать коленки. Некритично, царапины и все. Камень с души падает. С удовольствием болтаю с дочерью о всякой ерунде. У меня будто крылья вырастают. Она такая миленькая девочка, курносенькая, любименькая. До дрожи хочу обнять малышку. Даже представлять не хочу, что не будет со мной. Она моя дочь. Моя!

— А мама где?

— Пап, ты не расскажешь? — делает страшное лицо и показывает «тс-с-с». Дыхание стопорится, сразу о хрени всякой думаю. Что могло там случиться? — Мама плакала.

— А что же она плакала? — голос до шепота понижаю.

— Только не выдавай. Это же секрет! — важно заявляет. — Я спросила, а она сказала, что по тебе заскучала. Вот.

Я как будто мгновенный укол адреналина получаю. Разносятся по коже эндофрины с огромной скоростью. Весь главный химозный состав в оглушительном действии. Прет на максимум. Не радуюсь слезам Иры. Нет, конечно. Меня тащит, что скучала. Значит, у меня есть шанс на счастье. Благослови тебя Бог, старый Мойша. Твое предсказание сбывается.

— Не выдам, дочь. Не сомневайся во мне.