Развод. Ошибку не прощают (СИ)

На конфу вместе со мной вместо Игоря едет Катерина.

Глава 13

— Мама, а ты мне что привезешь?

Налегаю на чемодан, с трудом защелкиваю. Убираю волосы со лба, пычху как еж. Самое отвратительное занятие собираться куда-то.

— А что ты хочешь? — сажаю Варю на колени.

С тоской утыкаюсь в льняные волосики. Не могу ей надышаться. Ухожу на работу, она спит. Прихожу, дочка носиком клюет. Иногда сижу и смотрю на спящую. Глажу ножки, пальчики целую. По плану у нас в эти выходные запланирована программа развлечений, но не вышло.

Срочная командировка рушит на корню предполагаемое веселье. Грустно. Но работа есть работа, теперь у нас такие меры. Если все пройдет удачно, стрясу с Семена выходные. Побуду с малышкой, иначе от тоски с ума сойду. Боже, как же я ее люблю, сердце заходится.

Иной раз думаю, что я ненормальная мать. Трясусь за Варю, всего боюсь. Светлана Федоровна ругается, говорит, что детей нельзя так душить заботой. Много правильных доводов приводит. На все отвечаю вымученной улыбкой и продолжаю таскать дочку на руках.

— Гуся-обнимуся или щенка-робота. Можно?

— Гуся…Чего?

— Обнимуся, мам, — нетерпеливо ерзает Варя. — Смотри, — протягивает телефон. Ловко открывает фото игрушки. — Я буду его рядом спать укладывать. Тогда мне не будет страшно.

Тревога заставляет шевелиться волосы на голове. Что я не знаю? Наблюдала же ночью, не плачет, не вздрагивает.

— А тебе страшно?

— Да не-е-ет, — хитро стреляет глазом. — Это если случайно испугаюсь, а обнимусь рядом.

— Ах, ты разбойница!

Бросаю Варюшку и шутливо щекочу. Дочь обожает такие игры. Звонкий смех заполняет пространство. Варя визжит, кричит на всю квартиру. Наигравшись, ложимся рядом. Прижимаю к себе самое дорогое сокровище мира, наслаждаюсь минутами.

— Мам, а ты с папой в командировку?

Больная тема. Каждый раз не знаю, как быть. Боюсь причинить боль. Как сказать, что мы больше не вместе. Трусливо отмалчиваюсь при каждом вопросе.

— Нет. Не с папой.

— С дядей Семеном?

— Да. Я же с ним работаю. Вот поэтому.

— А-а-а, он веселый. Только скажи ему, пусть пирожное больше не передает. Я объелась уже, — наказывает строго. Даже пальчик вперед выставляет. — А ты там папу увидишь? В командировке своей.

— Не знаю, малыш.

— Если встретишь, то скажи, что я соскучилась. Пусть он приходит поскорее.

— Хорошо, роднуль. Конечно, скажу.

— Он лучше дяди Сэма, — задумчиво тянет дочь. — На шее меня катает. Резиночки завязывать на голове дает. Машке вон папа не разрешает голову чесать. Мы с ней даже поругались. Она сказала, что завидовавает."

"— Завидует, — поправляю автоматически.

— Ну да. Завидовавает.

Да моя ж ты маленькая доченька! Такие простые детские рассуждения, непосредственные, без всякой подоплеки. Бесхитростные.