Развод. Ошибку не прощают (СИ)

Забито в груди, как в гнилом дымоходе. Звуки сквозь копоть и кокс идет, прорываясь хлипкими слогами. Хватает сил рычать утвердительно и яростно, хотя ответа лучше бы не слышать. Впервые в жизни страшно от будущего ответа. Я же понимаю, что скорее всего узнаю то, что вспорет меня и размотает. И как смириться потом?

— С кем?

— Не еби мозги. Нам не по двадцать лет. С Ириной спал?

Победная усмешка гасит солнце в глазах. Треск сигаретной бумаги глушит мой стук сердца. Сука! Сука!!! Как же мне хуёво от раздирающей боли. Неужели она смогла так быстро прыгнуть в другую постель? Или он врёт. Как сбрендивший бык, рву цепь, чтобы боднуть ненавистного конкурента. А лучше уничтожить и зарыть с маху. Похоронить его под вздыбившейся плиткой."

"Чувствую, что спрыгиваю с ума с легкостью сумасшедшего обитателя седьмой палаты. Все виды нездоровой психики профессорам известны, но видит бог, что сейчас на свет рождается новый вид срыва кукухи.

— Тебе разница есть? — отшвыривает окурок. — Смотрю утешительницу приволок сюда. Вот и еби ее на здоровье.

— А ты значит мою собираешься… ебать? — кровавая пена через уши лезет. Блядский глагол жжёт огнём. Не могу в самой лютой фантазии допустить картины, не хочу представлять как он мою жену трахает. — Или уже?

— Не касается. Я предупреждал, что буду пробовать с Ирой. Разве не так?

С выброшенным окурком под ноги гасится память. Все смогу снести, но только не это ебаное пренебрежение. Хватаю за плечо и в морду Сэма летит кулак. Боли не чувствую, просто прикладываюсь максимально. Я не я уже. Хочу крови блядь. Хочу вытравить из тела горькую пилюлю. На соприкосновении отталкиваюсь от пола. Как киношный ниндзя прыгаю и сваливаю на пол Семёнова.

— Говори! Говори! Говори!

Рвётся плоть на кулаках. Шмякает горячая кровь, летят красные ошмётки. Срать на ответные удары. Отдупляюсь и ловлю озверевший взгляд Сэма. Секундная заминка стоит мне разбитого носа. Треск в голове притупляет ориентацию.

— Андре-е-й!

Истошный крик лупит по горбу.

Ира!

Злость неимоверно подстегивает. Одним ударом валю не успевшего подняться Семёна. Защищать его пришла сука. Не меня! Его бережёт. В беспамятстве сыплю ударами. В ответ получаю не меньше, но ничего не ощущаю. Я блядь как обдолбавшийся наркоша в бессознательном плаваю.

— Уймись, придурок, — пропускаю выпад. Сэм блокирует руки и приближается. Расквашенными лицами сближаемся, как в былые времена. Смешивается кровь, яростное дыхание бьется внахлёст. — Отпусти её. Ты блядь топишь Ирку, дебил. Я дам ей будущее. А ты? Чем ответишь?

— Какое будущее? — срываю тиски. В обратку закольцовываю хват. — Ты даже женат ни разу не был. Мою ждал? Не пизди! И не нужна она тебе в том понимании. Ты ж её используешь, сучёныш и сольёшь.