Разводись! Я тебя забираю (СИ)

Подошла к полке с молочкой, взяла пакетик со сметаной, пытаюсь найти срок годности.

– Привет, красивая, – рядом мужской голос.

Оборачиваюсь и удивлённо хлопаю ресницами. Передо мной стоит мужчина с довольной улыбочкой на лице.

Понятное дело, я сразу его узнала. Тот самый – таксист. Только сейчас он одет немного иначе, уже не такой потрёпанный и помятый как раньше.

Белая рубашка, расстёгнутая на груди слишком глубоко, недвусмысленно намекая, что мужчина игнорирует рамки приличия. В то же время, фрагмент его оголённой груди не выглядит непривлекательно, а даже напротив, привлекает внимание, демонстрируя всем желающим силу, которая скрывается под этой рубашкой.

Я отдёрнула взгляд, перевела на полки со стаканчиками сметаны, но, не нарочно, вскользь заметила, брюки тоже на этот раз оказались намного более приличными, чем те драные джинсы неизвестно сколько лет ношеные.

Первая мысль при виде таксиста – он живёт где-то недалеко, рабочий день закончился, человек переоделся и идёт куда-то отдохнуть.

Вторая мысль – тогда зачем он пришёл в супермаркет?

Да это вообще не моё дело, зачем он сюда пришёл!

– Что ты на меня так смотришь кудряшка, влюбилась. Теперь больше нравлюсь? – приосанился, что вызвало в моём организме желание сказать что-то наподобие комплимента, но я вовремя успела себя остановить, а он продолжает, – ну что моргаешь? Уже не похож на вонючего водилу?

– Признаться, сейчас, вы намного более симпатично выглядите, – соизволила сказать, не глядя на него, чтобы не дай бог не подумал, что мне хочется его рассматривать.

– Значит, стоило надеть чистую рубашку и вот я тебе уже нравлюсь, – он поднял руку и вальяжно опёрся о стеллаж, как делают только нахальные и чрезмерно уверенные в себе люди.

– Не приписывайте себе то, чего нет. Я не говорила, что вы мне нравитесь. Я сказала, что вы выглядите иначе…"

"– Милая, ты ещё многого обо мне не знаешь, – дёрнул бровями, даже не знаю на что намекая.

– Я надеюсь и не узнаю, – пытаюсь его обойти.

– Эй, подожди, ты что собралась уходить. А как же покататься на машинке, – сделал он какой-то неприличный жест.

– Покатаетесь сами, – я гордо вскинула подбородок и пошла в другую сторону.

Покатила впереди себя тележку. Только дошла до конца стеллажа, смотрю на полки, тяну руку к самому крайнему пакету с молоком, когда моя тележка в кого-то врезается. Поворачиваю голову, опять стоит он. И почему я не удивлена.

– Нет, я так не играю. Давай так, сейчас наполняем тебе тележку, отвозим продукты, а потом я приглашаю тебя в ресторан, – сказал довольным демонстративно-небрежным тоном, явно ожидая моей неописуемой радости и мгновенного счастливого согласия.