Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

И волосы распущенные. А может, нарочно эта ведьма меня искушает? Нет. Я сам искушаться рад. Она что-то упорно продолжает говорить, а я даже не слушаю. Потому что в голове одна мысль. Не будет никаких трех дней. И штрафных девяти. Ни хрена. Не отпущу.

— Он, наоборот, защищал вас и опроверг это, мотивируя тем, что однажды вы сказали ему про своих детей. Он не распространялся об этой информации никому, кроме меня. Он не сплетник. Просто сказал, к слову. И я тоже об этом никому не говорила. Он хороший! — ага, он хороший, а я плохой. На этом и сойдемся. Уже порядком подбешивает эта щенячья преданность дружку.

 — Верните его. Пожалуйста, — ну давай еще тут слезы мне пусти. И спрашивается, по кому?"

"— По-настоящему сильных, непрогибаемых и принципиальных людей единицы. Когда речь заходит о чувствах, меняется не только человек, но и наши поступки, и отношение к ним. А все наши убеждения и громкие заявления, как правило, являются теоремой, которую надо еще доказать.

— Чо?

— Сам не понял, что пизданул. Но как звучит. И главное эффективно. Ты перестала истерить.

— Я вас ненавижу! — делает резкий шаг в мою сторону и со всей силы замахивается в меня моими же трусами.

И надо сказать, удар по плечу весьма болезненный. И не один. Она замахивается второй и третий раз. По морде это уже перебор.

На четвертый я не выдерживаю и выхватываю их. Откидываю в сторону и в этот момент получаю толчок в плечо. С одной стороны, аллилуйя! Терпелка закончилась. С другой — неимоверно раздражает, что поводом явился Влад.

— Ненавижу! Я к вам снова пришла, а вы…а вы…насмехаетесь! Ненавижу! — очередное повторение и толчок уже в грудь.

И самое раздражающее, что она начинает лить слезы из-за какого-то Владика.

— Когда-нибудь и в вас прилетит бумеранг. За все, что вы сделали. Вот увидите.

Кажется, уже прилетел в твоем лице. И сказано это с такой злостью и обидой, что в ответ во мне невольно поднимается волна гнева. И на очередном ее ударе, я ловлю ее руку, притягиваю к себе и резко опрокидываю на кровать. И ладно бы с целью угомонить, так ведь какого-то хрена нависаю над ней, пригвоздив ее ладони своими.

Глава 25

Да что ж такое, вот дела,

Терпенье лопнуло, пора!

А то кому то скучно было

От девочки такой терпилы.

И мысли чудные летали

Про отпустить в далеки дали.

Но, фигушки вам всем, не быть,

Снежана буду я ""любить""!!!

Долой трусы, свободу письке

И полотенчик по приписке!

Кровать скрипит от веса тела,

Ну, все, Снежана, ты влетела!

Татьяна Тумко

Глава 25

Мне трудно дышать и вовсе не от того, что Кротов придавливает меня к кровати своим телом. Это от обиды и непрошенных слез. Что может быть хуже, чем разреветься перед ним? И все из-за этого дурацкого чувства дежавю. Тот же человек и снова я его о чем-то прошу. И в ответ издевка.