Рекс

У входа в четвертый корпус их ожидал Штефан, он нервно перетаптывался на месте и, очевидно, уже жалел о том, что сделал.

— Ну, обними брата! — сказал ему Филдс и, подойдя ближе, добавил: — Входи в образ, парень, ты должен радоваться приезду родственника.

— А лейтенант сказал, что я нелояльный.

— К чему ты нелояльный?

— Я не понял.

— Ну веди нас. Это наверху? — спросил Филдс, указывая на лестничный марш.

— Да, идемте… доктор.

— Молодец. Но больше внимания уделяй брату, он для тебя важнее, — сказал Филдс и, прибавив шагу, начал подниматься быстрее, перепрыгивая через две ступени.

Он решил первым оказаться на месте, чтобы упредить мекающего Штефана и развеять все возможные подозрения дежурного смены.

— Подождите, доктор! — крикнул сзади информатор, но Филдс уже входил в просторный зал, где за длинными столами, разделенными рабочими перегородками, сидели человек тридцать операторов, а в воздухе пахло подгоревшей изоляцией.

Ожидавший непрошеных гостей лейтенант Смайлз вышел из своего кабинета дежурного смены и стоял с кислой улыбкой на лице, желая, видимо, поскорее избавиться от этих посетителей.

— Здравствуйте, дорогой лейтенант Смайлз! — произнес Филдс и подал дежурному руку, которую тот торопливо пожал.

— Штефан много рассказывал о вас…

— Так вы его брат? — уточнил Смайлз.

— Нет, я лечащий врач его брата, доктор Грейнберг. Визиток, извините, не захватил, в гостинице остались.

В этот момент подошли Штефан и Галардес. Последний кивнул лейтенанту и подал для рукопожатия левую руку.

— Ну, Штефан, вы покажите вашему брату свое рабочее место, уверен, ему будет интересно, а я ненадолго уединюсь с лейтенантом Смайлзом в его кабинете.

— Зачем это? — удивился лейтенант, но Филдс сделал ему «страшные глаза» и покосился в сторону «братьев», дескать, только не при них. И это сработало. Это всегда срабатывало.

— Хорошо, доктор Грейнберг, проходите.

Лейтенант приоткрыл дверь дежурки, Филдс прошел внутрь и принялся расхаживать между стоек с серверами, часть из которых была отключена.

— Ну и чему обязан, доктор Грейнберг? — спросил лейтенант, закрывая дверь.

— Я обратил внимание на ваши глаза, лейтенант. Они немного того…

— Что того? — спросил лейтенант, невольно касаясь своего лица.

— Выдают непорядок в ваших, как я это называю, внутренних органах.

— А вы…

— Я терапевт, — сказал Филдс и, пройдя мимо последней неработающей стойки, присел к столу на свободный стул.

— А у вашего пациента вроде рука на перевязи… Значит, вы должны быть хирургом, — осторожно заметил лейтенант, садясь на свое место.

— Да, должен был быть хирургом, но сложилось так, что стал терапевтом. Но не простым терапевтом, а хирургическим. Такие дела.