Реконструктор
Молодые парни в форме времен войны, реконструкторы… Что заставляет их надевать форму противника? Желание поиграть в войнушку? Или подсознательная тяга переиграть уже произошедшие события? У каждого из них есть на это свои причины…Но что делать, если чужая форма вдруг внезапно становится своей? И по-немецки говорят твои товарищи и сослуживцы? И ты, вчерашний рядовой россиянин, сегодня становишься солдатом рейха?Теперь только от тебя самого зависит, каким путем идти. Память ничего не подскажет, и только твое сердце, сердце солдата, может указать тебе правильную дорогу… Дорогу к дому, который ты себе выберешь. И этот выбор будет единственным – ничего другого тебе не дано.
Их мало, а пулемет с фланга они временно своими ручниками нейтрализуют. Во всяком случае, прицельно он стрелять не сможет. Стало быть, помешать сильно не сумеет. И заметь – это я только два возможных варианта назвал! А их больше может быть!
– У них и пулеметы есть?
– Могут быть. Взвод – это же не только стрелки с винтовками. Запросто и миномет приволокут, если надо будет.
– Ты им прямо подыгрываешь!
– Ага. В жизни, друг мой ситный, еще и не такие фокусы выплывают. Вот притащат они «Утес»… Сильно тебе помогут эти кочки и пеньки? Их и ПК распилит, не особо затрудняясь, а уж это-то агрегат! Как фрезой по венику!
– Ну… хрен его знает тогда… Думать надо!
– Думать, Максим, надобно сразу! Потом – времени на это не дадут! И лучше это делать заранее – пока над головой не свищет.
Легко ему сказать – думай! Сам вон каков злодей! Стреляный волк, да не единожды. Оттого и такой хитрый. То-то сейчас и потешается. Думай…
1942 год, конец апреля. Где-то в лесах
в районе Волховского фронта
Идущих по лесу людей я заметил далеко не сразу. Собственно говоря, передовой дозор – вообще зевнул. И засек их только тогда, когда они подошли ко мне на расстояние броска гранаты.
Есть у этой позиции и минус, даже два.
Первый – это ограниченный сектор обстрела. Только дно овражка да частично – склоны. И это еще полбеды. А совсем хреново то, что и уйти отсюда можно только вперед – туда, куда я и собираюсь стрелять. В принципе можно и вверх… только вот проделать этот путь под огнем противника? Ну разве что в кино…
Почти сразу за моей каменной крепостью склон спускается вниз – и довольно-таки крутенько! Метров на шесть.
Дорога идет дальше относительно ровно, постепенно повышаясь к выходу из овражка. Редкие кусты почти не закрывают мне обзора.
Собственно дороги здесь, разумеется, нет. Я называю этим словом то место, по которому сейчас идут дозорные, – дно овражка. Справа, почти вплотную к гребню, угрюмо булькает здоровенное болото. Слева же – почти непроходимая чащоба. Идти по ней в принципе можно… когда за тобой никто не гонится. А это далеко не так: лай собак я слышу даже из своего укрытия. И если кто хочет быстро сделать отсюда ноги, он пойдет здесь. Ну по крайней мере, я так думаю. Может ведь и еще куда свернуть… Не знаю.














