Ритуал

– …все кто в Кернской… хотели спасти… доказать, что не мы… не горцы…

– Доказать что?

– Это не мы… мы не трогали его…, – он снова закашлялся, – это они… и аллари. Они могут…

– Кто они? Кто?

– Магическая кома… он – свидетель… Горы видят, это не мы… свидетель… расскажет… правду… кто… нужно вывести его… вывести… исцелят и он расскажет… это не мы…

– Вывести из комы? – я напряглась, пытаясь разобрать слова, горец говорил всё бессвязнее.

– … разбудить… найди его… выведи с тропы… свидетель… расскажет…, – он говорил все тише и тише, паузы между словами становились всё длиннее.

– Молчи!

– Нет времени… не лечи… все равно убьют… убирают всех, кто знает… и Сакрорума…

– Кто убивает? Кто? – я схватила его за камзол, но побоялась трясти.– Нике? Это аллари, отвечай!

– …тропы, Блау… тропы…

– Кто убивает?!

– … выведи его… найди… чтобы не умирали больше… он свидетель…

– Кто свидетель? – я коротко выругалась, слушая этот бессвязный бред. Плетения стазиса я почти закончила – ещё мгновение и в Госпиталь.

– …Хэсау… это не мы… не тронули бы сира… из Хэсау…

Плетение рассыпалось в руках – не удержала контроль. Клан большой, просто огромный, не может Великий так обойтись со мной, просто не может…

– Хэсау? Кто именно? Кто?

– … Л..л..люциан Хэсау… сир… свидетель….

Он попытался засмеяться, закашлялся – кровь на губах запузырилась.

– …не только горы… не только… капель сожгли…, – горец совал мне в руку, что-то зажатое в ладони, захрипел, –… не горцы… они… и аллари… , – голова мотнулась набок, и… он перестал дышать.

***

Я растерла лицо снегом, до остервенения, терла руки, чтобы смыть следы сажи и крови. Пальцы подрагивали – столько реанимационных и всё бестолку. Бесполезно.

«Хэсау… мы бы не тронули сира… это не мы…»

Я сжала в руке кольцо, артефакт-иллюзий, который прихватила с собой, и маленькую вилку. Именно это горец пытался всунуть мне в самое последнее мгновение.

Двузубая десертная вилка из обычного столового серебра. Вилка, с клеймом «Весенней капели».

«…капель сожгли…»

Как горец оказался тут, в лавке?

Сила отозвалась мгновенно, повинуясь, Вестник улетел, полыхнув темным облаком, и я прикусила губу в ожидании ответа.

"«Дядя сказал мне», – написала я Хоку. «Как Люк?»

Ответных Вестник вспыхнул мягко, покружив воздухе.

«Мне жаль, Вайю», – это было первое, что написал дядя. «Рад, что Кастус наконец сказал. Люци привезут к вам завтра. Состояние без изменений».

Я схлопнула чары и прислонилась к стене, враз обессилев.