Рискованная игра
Тайну исповеди нельзя нарушить. Но как быть, если на исповеди маньяк объявляет, что планирует очередное убийство? Как быть, когда по описанию намеченной жертвы священник узнает свою родную сестру? Отец Том вынужден обратиться за помощью к другу, агенту Николасу Бьюкенену. Николасу предстоит не только спасти юную Лорен от убийцы, но и на всю жизнь стать ее защитником в этом суровом, порой жестоком мире.
– Простите, что задержался, – извинился Пит, – случайно разговорился с монсеньором, и тот стал рассказывать об одном из своих прихожан. Не мог же я встать и уйти на середине.
Он закрыл за собой двери и вопросительно взглянул на девушку. И хотя Лорен сама попросила о встрече, сейчас не находила себе места. Да, это она все затеяла и знает, о чем будет его просить. Но при этом умирает от страха, что он вдруг согласится.
– Ну вот, – вздохнул Пит, садясь. Лорен нервно ерзала и так сильно постукивала носком туфли по полу, что стол трясся, Поняв, что этим выдает себя с головой, девушка постаралась успокоиться, хотя особого успеха не добилась. Зато теперь она сидела в неловкой позе, неестественно выпрямившись, неподвижная, как мертвец, на неудобном скрипучем стуле.
Солнечные зайчики пробирались в комнату сквозь старомодные тюлевые занавески, в комнате стоял слабый запах перезревших яблок: в центре стола красовалась большая китайская ваза с фруктами.
Пит не проявлял никаких признаков нетерпения и для начала учтиво осведомился, как она себя чувствует.
– Все в порядке, – заверила Лорен. Интересно, знает ли он, что она лжет?
Наступило молчание. Пит вежливо ждал, пока она соберется с мыслями и выложит, что у нее на уме. Но Лорен никак не могла заставить себя заговорить, хотя понимала, что ведет себя как настоящая идиотка. Еще Полчаса назад план казался почти идеальным, теперь же выглядит вздором и чепухой.
– Вы когда-нибудь катались на лыжах? Если Пит и был удивлен столь неожиданным вопросом, то не подал виду.
– Собственно говоря, нет. Хотя всегда мечтал попробовать. А вы?"
"– Да, я неплохая лыжница. Видите ли, все мое детство прошло в горном пансионе.
– Швейцарском, насколько мне известно?
– Да. И я при каждом удобном случае удираю в горы. С тех пор как живу в Америке, несколько раз уезжала в Колорадо. И навсегда запомнила, что испытала, когда поднялась фуникулером на вершину – черную. Понимаете, любой спуск имеет определенную степень сложности. Зеленая – для новичков, синяя – для середняков, а черная – для опытных мастеров, тех, кто любит преодолевать трудности. Есть, правда, еще алмазы и двойные алмазы, но на такое идут только асы. Во всяком случае, когда я стояла на краю обрыва, то долго-долго собиралась с силами, чтобы оттолкнуться. Это было в скалах Дувра. Мне казалось, что страшнее ничего нет на свете. Я ужасно боялась, но была полна решимости.
– И сказать обо всем сейчас – все равно что вновь оказаться на крутом склоне? – догадался Пит.
– Да… потому что я знаю: стоит начать – и возврата не будет…
Последовала неловкая пауза, прежде чем Лорен снова заговорила:
– Вероятно, мне стоит быть абсолютно откровенной, иначе мы просто потратим время зря. Я заверила, что все в порядке, но это неправда.

















