Рожденная для его любви

Майя открыла рот, чтобы начать с ним спорить, но передумала. Себе дороже.

— Ты всё испортил, — тихо сказала она, и захват предплечья усилился. Девушка поморщилась от боли, и громче добавила: — А если ты решил сломать мне руку, то делай это быстрее, не тяни!

Борис снова выругался, но руку отпустил.

— Слезай с велосипеда, мы возвращаемся.

Майя сжала зубы.

— У меня есть вопрос. Задать его можно? — её глаза тоже потемнели, а десна зачесались. Вампирская сущность дала о себе знать. Её терпению тоже есть предел.

— Да.

— Я так понимаю, что всё то, что ты мне дарил сегодня — драгоценности и велосипед — мои? — вместо ответа последовал короткий кивок. — Тогда я хочу забрать велосипед с собой. Я сама буду учиться кататься. В доме, куда ты меня привез, есть большой стадион. Если ты приставишь ко мне того же Егора, я больше не буду тебя обременять просьбами покататься со мной. Не желаю быть в тягость.

Прежде чем ответить, Борис помедлил. Девчонка разозлилась. Это было лучше, чем слезы и истерика. Когда женщина злится, он не испытывает угрызений совести за свои поступки. Хотя…про него сложно сказать, что он часто вспоминает, что такое совесть.

— Егор заберет велосипеды. Я не отбираю подарки, которые дарил.

— И на том спасибо, — пробормотала себе под нос Майя, слезая с велосипеда.

У неё возникло странное, не свойственное ей ощущение — её стало подташнивать. Может быть, она переволновалась? Вампиры практически не болеют, и тошноту испытывают лишь когда…рядом находятся стригои.

Майю точно молнией ударило. Она чуть приглушенно вскрикнула и уставилась на князя Сандровского.

— Что? — грубо спросил он, заметив её взгляд.

— Борис….Меня затошнило…

— Здесь полно кустов, если боишься, что тебя сейчас вырвет.

Майя поморщилась.

— Я понимаю, что ты не высокого мнения о женщинах, но не стоит постоянно грубить! — в тон ему ответила Майя и огляделась по сторонам. — Я никогда не принимала участие в вылазках на стригоев, и мне везло — лично с ними я тоже не сталкивалась, иначе не разговаривала бы сейчас с тобой. Но мне хорошо известно, что вампиров начинает тошнить, когда рядом появляются стригои. Я права?

— Тебе не откажешь в сообразительности.

Майя сильно побледнела, пошатнулась и по инерции придвинулась ближе к Борису.

Невольно признав в нем защитника.

И этот инстинктивный жест заставил тело Бориса содрогнуться. В области груди образовалось тепло, которое побежало по венам и жилам, и он сделал шаг, загораживая широкой спиной Майю от стригоев. Меньше всего ему хотелось, чтобы они запомнили её и начали охоту.

То, что стригои разгуливали по парку среди белого дня, уже навевало подозрительные мысли. В последнее время семья Сандровских стала постоянным объектом преследования. Их пытались уничтожить.