Сафари на черепашку

Элеонора патологически упряма, поэтому пришлось идти в подземный гараж.

Возле дома Алексея я оказался совсем поздно, Москва стояла в пробках. Припарковать машину во дворе не удалось, весь тротуар был заставлен автомобилями, а посреди дороги громоздился микроавтобус с надписью «Скорая помощь». Кому-то из жильцов блочной башни стало плохо.

Поколебавшись мгновение, я оставил машину со стороны фасада, на проспекте, и снова вернулся во двор, хотел распахнуть дверь подъезда, но тут она открылась сама. Двое мужчин в спортивных костюмах, явно не медики, а соседи, призванные на помощь, несли носилки; рядом, держа в высоко поднятой руке пластиковый пакет с жидкостью, торопилась молоденькая медсестра. Я невольно бросил взгляд на того, кто лежал на носилках, и чуть не сел на ступеньки, увидя иссиня-бледное лицо Грибкова.

– Алексей! – невольно вырвалось у меня.

Пожилая полная докторша, шедшая за носилками, равнодушно поинтересовалась:

– Знаете больного?

– Да, это Алексей Грибков, парикмахер. Что с ним?

– Какой-то дрянью отравился, – меланхолично ответила врач, наблюдая, как мужчины, кряхтя, вталкивают носилки в чрево «Скорой», – сейчас много гадости продают, съел – и уехал за границу.

– Куда? – растерянно спросил я.

– За грань добра и зла, – философски ответила эскулапша. – Вы его родственник?

– Нет, – быстро сказал я, – но могу сопроводить Лешу в больницу.

– Не положено.

– Пожалуйста, разрешите.

– Не имею права, – не сдалась врач и полезла на переднее сиденье.

– Прошу вас, – заныл я, – дайте хоть словечко сказать.

– Не до разговоров.

– Я принес Леше деньги, вот, смотрите!

Докторша уставилась на пачку, я понял, что она впечатлилась зрелищем, и быстро добавил:

– Дайте я порадую его, скажу, что, когда он выздоровеет, получит долг назад.

– Полминуты имеете, – сообщила докторша.

Я ринулся к носилкам.

– Леша, очнись!

На лице парня не отразилось ничего.

– Я деньги привез.

Никакой реакции.

– Открой глаза!

– Не старайтесь, – протянула медсестра, – он не слышит вас, лучше побыстрей до клиники добраться. Доллары, конечно, хорошо, но на них новую жизнь не купить.

– Отойдите в сторону, – обернулась доктор.

– Куда его везут? – цеплялся я за микроавтобус.

– В Склиф, – отозвалась медсестра, – если довезем, конечно.

На этой бодрой фразе «рафик» стартовал и исчез за поворотом, я остался на дороге, сжимая в руках пачку зеленых купюр."

"– А вы ему кто? – прозвучало за спиной.

Я обернулся и увидел женщину, одетую в кокетливый розовый халат с бесчисленными оборочками. Похоже, даме хорошо за сорок, но она пытается сойти за тридцатилетнюю, и обручального кольца нет, хотя в нынешнее время отсутствие брачного символа ни о чем не говорит.

– Ну-у-у, – протянул я, не сразу сообразив, как лучше представиться.