Санек 4

Для начала, извинившись перед гостями, я увёл маму в сторонку и спросил:

— Мама ты правда считаешь правильным подписывать за меня какие-либо документы без моего ведома?"

"Мама слегка смутилась и попыталась оправдаться, сказав, что это для пользы державы. Пришлось мне в довольно резкой форме объяснять ей прописные истины.

— Мама, а ты точно знаешь, что это для пользы державы? Ты читала то, что собиралась подписывать? Это первое. Второе: ты полностью уверена, что подписанные тобой документы мне не навредят? И третье: ты и правда считаешь меня недееспособным? До сих пор думаешь, что я ещё маленький и не способен осознать последствия тех или иных поступков? Или, может…

В общем пришлось читать целую лекцию о том, что такое хорошо, что такое плохо и похоже я до мамы достучался.

Хоть и довёл её до слез, но теперь на все сто уверен, что она без меня никаких документов в принципе не подпишет. И, не только вместо меня, она в принципе ничего не подпишет без моего одобрения.

После разговора с мамой начались хороводы с чиновниками.

Вернее, с одним из них, который, как я понял, исполнял обязанности юриста, ну или стряпчего, как здесь говорят.

Этот дядька, одетый в гражданское платье, вёл себя слишком самоуверенно и даже нагло, прям на грани фола. Естественно, мне это не понравилось. Тем не менее я — в отличие от него — старался разговаривать очень вежливо, конкретно и по делу. Мой оппонент в этих переговорах выглядел натуральным колобком, надувшимся от своей важности, который изо всех сил старался давить авторитетом, чтобы побыстрее закончить с этим делом.

Росточка он был небольшого, заплывшим жиром лицом напоминал упитанного поросенка, злобно зыркающего на мир глубоко посаженными глазками, поэтому вся изображаемая им важность, как по мне, смотрелась нелепо. Но это ладно. Главное, что меня возмутило это не его поведение в целом, а отношение этого дятла лично ко мне.

Когда после разговора мы с мамой вернулись к гостям и зашли с ними в кабинет, мама попросила колобка дать мне прочесть документы, требующие подписи.

На что этот дурачок объявил, что смысла в этом не видит, мол, я там все равно ничего не пойму. От такого развития событий я на миг даже потерялся, но мухой взял себя в руки.

— Хорошо, господа, в таком случае будем прощаться. Разговаривать нам больше не о чем, — произнес я очень спокойным ровным голосом и с доброжелательный улыбкой.

Колобок мгновенно вызверился и разразился гневной тирадой:

— Что значит «прощаться»? Вы должны подписать документы, и вы их подпишете.