Счет

Ханна хочет, чтобы я была счастлива, и пока я улыбаюсь, улыбается и она. Гаррет же, наоборот, где-то между беспокойством и настороженным приятием нашего с Дином нового статуса. Он уверен, что Дин разобьет мне сердце и это внесет раскол в отношения между его девушкой и одного из его лучших друзей.

Я пыталась убедить его в том, что уже взрослая и смогу справиться с любым разочарованием на своем пути, но разговор сразу же возвращается к Шону, которого я хочу забыть раз и навсегда. Дин же очень помогает мне в этом.

Если он не на занятиях или катке, то всегда со мной. Иногда Дин читает книгу, когда я учу свои реплики, а порой помогает мне. Он имитирует пронзительный женский голос, от которого я умираю со смеху, так что с целой сценой мы справляемся только после нескольких попыток, а к тому времени, когда заканчиваем, ему хочется секса. Из-за моего смеха, как он говорит. Хотя, по-моему, что бы я ни делала, он всегда готов.

Но самое главное – мы счастливы. Я уже давно не чувствовала себя такой счастливой. И это просто немыслимо. Если бы шесть недель назад кто-нибудь сказал мне, что я и Дин Ди Лаурентис будем встречаться и к тому же испытывать счастье, я бы рассмеялась этому человеку в лицо.

– Что собираешься делать после репетиции? – спрашивает меня Дин.

Он лежит на подушках на кровати, и взъерошенные волосы делают его похожим на бога секса. Я перевожу взгляд обратно на зеркало, чтобы случайно не попасть себе в глаз щеточкой от туши."

"– Ничего. Наверное, перехвачу что-нибудь на ужин в одной из столовок. А что? У тебя есть планы?

– Мне нужно будет заехать кое-куда по делам, а потом я проведу немного времени на льду с «Ураганами».

Внутри меня что-то сжимается. Значит, вечером мы не увидимся? Я стараюсь не выдать своего разочарования. Ведь то, что мы встречаемся, не означает быть вместе каждую секунду.

– Хочешь потом вместе поужинать? – спрашивает Дин.

Мое сердце делает сальто.

– Конечно.

– Вот и отлично. Сможешь приехать на каток? Рядом есть ресторан, думаю, он тебе понравится. Итальянский, а оформлен в стиле ретрофильмов.

Его рука ныряет под одеяло, натянутое до пояса.

Я попадаю щеточкой в глаз.

– Может, ты перестанешь трогать себя?

Я бросаю тюбик туши на стол и беру салфетку, чтобы вытереть черное пятно, которое только что поставила себе во внутренний уголок века, потому что, елки-палки, никак не могу оторвать взгляд от Дина.

– А что такое, детка? Ты ревнуешь? А я как раз думал о том, какая ты у меня сексуальная. – Он перекатывается на бок. – Ты так округляешь ротик, когда красишь глаза, что мне сразу хочется сунуть туда свой член.

Нет, в наших отношениях с этим парнем нет ни сантиментов, ни романтики. Я изумленно смотрю на него.

– Мы только что занимались сексом.