Счет

Поверить не могу, что решаю, не переселиться ли мне из-за Шона из собственной же комнаты! Но в голову лезут картинки, как он колотит в мою дверь. Или, еще хуже, выкинет что-нибудь в духе фильма «Скажи что-нибудь» и заявится под мое окно с бумбоксом. О, а если он включит песню Питера Гэбриэла[1]? Ненавижу ее!

– Ты уверена? – спрашиваю я.

– Ага. Все нормально. Логан уже отправляет сообщения Дину и Такеру. Можешь приезжать, когда захочешь.

По мне прокатывается волна облегчения, но маленькое чувство вины не дает покоя.

– Можешь переключить меня на громкую связь? Я хочу поговорить с Гарретом.

– Конечно, секунду.

Через мгновение я слышу глубокий голос Гаррета Грэхема.

– Чистые простыни в бельевом шкафу, а еще тебе лучше взять свою подушку. Уэллси считает, что мои очень мягкие.

– Они правда слишком мягкие, – возражает Ханна. – Как будто спишь на намокшем зефире.

– Нет, на них спишь как на мягком облаке, – поправляет ее Гаррет. – Поверь мне, Элли, у меня классные подушки. Но на всякий случай возьми свою.

Я смеюсь.

– Спасибо за информацию. А ты уверен, что я никому не помешаю? Мне не хочется навязываться.

– Все нормально, милашка. Просто посмотри своими большими голубыми глазами на Така, похлопай ресницами, и он приготовит тебе классный ужин. О, и Логан приказал Дину держаться от тебя подальше, так что не беспокойся, он не станет приставать к тебе."

"А, точно. Дин Хейворд Ди Лаурентис – самый отъявленный бабник в мире. Каждый раз при нашей встрече он пытается залезть мне в трусы. Но я никогда не воспринимала его всерьез – он ведет себя так со всеми девушками.

Так что он меня не беспокоит. Я знаю, как урезонить Дина, к тому же Такер может послужить отличным буфером между мной и его озабоченным соседом.

– Спасибо тебе огромное, – говорю я Гаррету. – Серьезно, теперь я твоя должница.

– Да брось!

В разговор вновь вступает Ханна.

– Напиши мне, когда приедешь, ладно? А потом выключи телефон, чтобы Шон тебя не доставал.

Я уже говорила, как люблю свою лучшую подругу?

Когда я кладу трубку, то чувствую себя уже намного лучше. Наверное, даже к лучшему, что я уеду из общежития на все выходные. Можно считать это маленькими каникулами: за эти дни я смогу прийти в себя и собраться с силами. А если рядом будут Такер и Дин, меня не будет подмывать позвонить Шону. В этот раз нам действительно нельзя видеться. Никаких контактов хотя бы в течение нескольких недель. Или месяцев. Или лет.

Если честно, я не знаю, смогу ли пережить наше расставание. Я любила этого парня несколько лет. И Шон бывал очень милым. Как, например, в тот раз, когда я заболела и он принес мне суп. Или когда он…

Стоп, хватит!

В голове раздается вой сирен, предупреждающий не делать глупостей. Нет, нельзя идти на попятную.