Сделка-only (СИ)

Прям вижу, как душу старого козла.

Вот же паразит, специально такой срок выставил, чтобы к приезду любимого чада либо меня из фирмы убрать, либо под себя подложить. И нетрудно догадаться, какой вариант прельщает его больше.

Кипя, как готовый взлететь на воздух чайник без воды, прощаюсь с секретаршей царя-самодура и иду в приемную его наследного принца-паршивца. Если Синюхина только попытается меня обидеть, не сдержусь. Эту точно по стене размажу.

Но удивленно застываю перед запертой дверью.

– А Валентина Игоревна уехала по срочному делу, Вера Владимировна, – сообщает Мельникова, начальник кадровой службы, занимающая соседний кабинет. – Просила Вам передать, что с документами вопрос закроет сама. Наверное, Вы понимаете, о чем речь?

– Понимаю, Татьяна Витальевна, – отвечаю, чтобы не развивать тему с любящей поболтать и посплетничать дамой. – Спасибо.

К себе в кабинет возвращаюсь, нахмурившись.

Не нравится мне послание Вальки, ох, и не нравится.

Глава 17

До дома доползаю в состоянии полутрупика, у которого ножки идут сами по себе и глазик дергается.

Понедельник, чтоб его, действительно оказывается тяжелым. А все потому, что, вернувшись с променада по двум приемным подряд, не успеваю я вдохнуть, как попадаю в лапы Мамаева.

Начальник, охая, ахая и причитая, что сроки горят, внимательно выслушивает причины моего отсутствия на рабочем месте, кивает и отправляет доделывать документы, которые остались с первой половины дня. А спустя час притаскивает еще одну пачку. Свеженьких.

– С пылу, с жару.

Шутник, ёшкин кот.

В итоге даже ласковое майское солнышко хоть и радует в семь вечера, но не так чтобы сильно. Однако, пару раз голову вверх все же запрокидываю и под яркими лучами жмурюсь.

– Верочка, здравствуй, – приветствует меня Клавдия Ильинична, стоит подойти к подъезду.

Ее нездоровый ажиотаж мгновенно бросается в глаза.

Еще бы. Обычно соседка и все ее подружки – внештатные сотрудники КГБ, не иначе, а с виду – самые обыкновенные бабульки, заметив приближение любого живого существа замирают и жадно, будто сканеры в едином порыве, отслеживают все до последнего действия «объекта».

Как идет, куда смотрит, что несет, во что одет, как широко улыбается, пока здоровается, отводит или не отводит глаза, насколько подробно отвечает на заданные между делом вопросы, замалчивает ли правду, как быстро сбегает. Дальше объекту наблюдения улыбаются, желают здоровья и всего хорошего, дают секунд десять, чтобы ретировался, и приступают к обсуждению отмеченных «косяков» в поведении и внешнем виде.

Хорошо, если успеваешь за те самые десять секунд сбежать. Я пару раз опоздала. Сначала «таблетка» домофона не сработала, после тормознула, чтобы грязь с ботинок отряхнуть.

Узнала много нового.