За руку с ветром

Надо же, я выпускалась три года спустя, а у нас все были одеты уже совсем по-другому – менее пышные платья, менее яркие, менее торжественные, но более короткие, удобные и демократичные.

А тут они словно всем классом идут на бал – один наряд краше другого. Только, видимо, школа эта все же была не простой, а, быть может, элитной, поскольку девчонки одеты были со вкусом, явно в дорогие платья, и у всех на лицах – макияж, как на обложках журнала, а на волосах – сложные прически, которые под силу только мастерам своего дела. И вновь вспомнилось, что у нас многие просто распускали волосы или завивали их в кудри.

Как у этой девушки в нежном голубом платье греческого покрова, длинные светлые волосы которой были завиты крупными мягкими локонами и придерживались обручем. Романтичный и женственный образ.

Тонкое миловидное лицо ее мне показалось знакомым, и я шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть фотографию в серебряной раме. Большие светлые глаза, уголки которых чуть опущены вниз, тонкие губы, едва тронутые персиковой помадой, вздернутый подбородок, почти прямые брови, высокий лоб, белая кожа.

На меня смотрела юная Ольга Князева. А, может быть, это не Ольга? Ее ли это взгляд – мягкий, спокойный, направленный вперед, но не на фотографа, а куда-то вдаль, в одной ей известные миры? Скорее всего, нет. Это ее сестра.

Так я впервые увидела Инну – на фотографии выпускников. Мне казалось, что я уже видела ее где-то – может быть даже во сне.

«Привет», – мысленно сказала ей я.

«Привет», – говорил ее взгляд.

«Я люблю парня, с которым ты была вместе. Ты как, не против?»

Она улыбалась.

Я смотрела и смотрела на Инну, навсегда оставшуюся на фото, и все больше понимала, почему она привлекала Смерча.

Бесспорно, она привлекательна, поэтична и похожа на принцессу, но было в ней что-то и еще, что я пока не могла понять, а возможно, никогда и не пойму.

Вот, значит, она какая – бывшая девушка Смерча, первая любовь, трагически потерянная в море. А вот и Ольга-выпускница. Единственная девушка в брюках, а не в платье, но при этом кажется самой взрослой, самой яркой, самой дерзкой. Уверенный взрослый взгляд, откровенный верх наряда, высоченные каблуки, начес на черных волосах, боевой макияж – словно не одиннадцатиклассница на выпускной пришла, а модная певица на свой концерт.

Оля затмевала едва ли не всех девушек класса и была одной из самых ярких. С Инной они были так похожи, но в то же время казались полными противоположностями.

Меня успокаивало то, что Дэн стоял не рядом с сестрами Князевыми, а на заднем плане с другими парнями, и на лице его была написана искренняя радость. Тот семнадцатилетний Дэн еще не знал, что через месяц или два его счастью придет конец.