За руку с ветром

Девушка провела рукой по плотной ткани, приятной на ощупь, и вздохнула. Что будет завтра, она совершенно не представляла. Неужели Никита уедет и все закончиться? И не надо больше будет встречаться с ним, прожигать злобно взглядом затылок, целовать его? И не надо будет…"

"Девушка вдруг резко повернулась в сторону приоткрытого и занавешенного окна. На улице что-то происходило. Звук нескольких подъехавших машин насторожил девушку, и она, мгновенно встав, на цыпочках подошла к окну. Неужели их нашли?! Ника, замирая от страха, отодвинула штору и осторожно выглянула в окно.

Неподалеку стояли две машины, из которых вышла припозднившаяся компания молодежи, явно что-то празднующая, и скрылась из виду в дверях подъезда.

У девушки отлегло от сердца. Нет, показалось. Это не за ними, не за ними! Интересно, а если их найдут, она будет соучастницей.

«Нет, не найдут!» – строго сказала она сама себе.

А Никита все так же беззвучно спал. Чуть подумав, девушка наклонилась к спящему парню и поднесла к его губам и носу пальцы. Нике захотелось узнать, какое у Укропа его почти неслышное дыхание – горячее или холодное?

– Я еще не умер, – отозвался тут же молодой человек, недовольно открыв глаза и резко поднявшись.

Ника отшатнулась. А Ник стал скидывать с себя рубашку – ему стало жарко. – Не надейся, девочка.

– Дурак, что ли? – тут же обиделась она. Смерти Никите она не желала совершенно. Хотя он, конечно, заслуживал того, чтобы его пару раз хорошенько приложили по ребрам за хамство.

– Спи, – приказал он ей.

– Не хочу. – Ника внимательно изучала его обнаженный торс с довольно хорошо проработанной мускулатурой, не массивный и не рельефный, как у ребят из спортзала, но все же привлекательный.

На светлой коже виднелось достаточное количество шрамов. Ей опять стало его жалко. А еще захотелось прикоснуться к нему – какое глупое желание.

– Спи. Хватит ходить по комнате и постоянно бегать к окну. Если они приедут, ты их не услышишь.

– Я не могу спать.

– Мне что, тебе колыбельные петь? – спросил Кларский у Ники сердито.

– Да.

– Что ты там сказала?

– Я ложусь спать, – торопливо сказала она. – Но в этом платье спать неудобно.

– Я не буду предлагать тебе раздеться, – зевнул Никита.

– Я знаю, что делать! – заявила Ника радостно.

Она порылась в шкафу, убежала в ванную и вскоре возвратилась замотанная в простыню.

– Оригинально.

– Зато удобно!

Никита ничего не ответил, выключил светильник и заставил Нику лечь на диван, около стенки, но на расстоянии от себя, а в двенадцать дня вновь распахнул покрасневшие от усталости и беспокойных снов глаза от того, что наглая девчонка обняла его и уткнулась носом в плечо. От ее волос все еще пахло знакомыми духами.

«Достала», – подумал Ник и аккуратно переложил девушку.