Секретарь старшего принца 2

И ментальную защиту усилила, не использовав только абсолютный щит, опасный тем, что притуплял мои ощущения и способность влиять на окружающее.

Поэтому сначала я не увидела и не почувствовала ничего, а потом меня накрыло вязким ощущением присутствия чего-то чужеродного, как тогда, в логове Культа, когда фанатики управлялись общим разумом. В этом ощущении я тонула, словно в киселе. Задыхалась, хотя эта сила не пыталась проникнуть в мой разум, лишь скапливалась вокруг, концентрировалась.

– При первом погружении, – мягко заговорил трёхглазый, – впечатление может быть неприятным.

К сожалению, у нас не было времени морально подготовить вас к столкновению с другой силой. Это как рождение заново, а рождение всегда болезненно, но после этого, Халэнн, вам всегда будет хорошо. Вы же так невыразимо одиноки…

Он обратился по имени, тем самым изменив мой статус с потенциального противника на того, кого он принимает и признаёт. И его слова… неужели потом эта чужеродная сила перестанет восприниматься, как нечто агрессивное и неприятное?

Я не заметила, как шкатулка оказалась на стуле, а трёхглазый – рядом со мной:

– Ну же, Халэнн, расслабьтесь, мир Бездны ждёт вас.

Эти слова заставили сильнее сосредоточиться на ментальной защите. Тьма выплеснулась из шкатулки, но не набросилась на меня, она растекалась в стороны и вверх, образуя чуть вогнутую плоскую поверхность. Та наполнилась яркими красками, будто солнечным светом налилась. Зажурчала вода, зачирикали птицы, запах луговых цветов и реки окутал нас. И вдруг стало так спокойно и уютно…

Это было ненормально, явно какое-то воздействие, что-то в звуках, какая-то странная расслабляющая ритмичность.

И пропало ощущение чужеродного присутствия-давления…

Звуки. Часть воздействия определённо шла через звуки! Хотя они казались простым журчанием, пением птиц, жужжанием насекомых, шелестом ветра, вместе получалась не обычная природная разноголосица, а скрытая, влияющая на восприятие мелодия. Я попыталась мысленно петь, чтобы воспоминанием о голосе Сиринов перебить охватывающее меня спокойствие, но не смогла заглушить этот убаюкивающий звук.

Что-то охватило мою шею и голову, развело веки, и я невольно увидела реку, словно настоящую, хотя это было лишь движущееся изображение в центре созданной из тьмы плоскости.

Водяной поток искрился, мерцал, перекатывался, нёсся куда-то. Он был таким спокойным и беззаботным, и его шелест так ласково касался слуха…"

"Веки мне по-прежнему держали. Не трёхглазое существо и не перламутровый дракон, зачарованно смотревшие на воду, а нечто, опутавшее шею и голову, но мне почему-то не было страшно.