Секретарь старшего принца 2

– Ничего не говори, – прошептал он, зажмурился, стараясь держаться от меня как можно дальше, – пожалуйста.

Я кивнула, и каждое движение отозвалось покалыванием в мышцах и новыми вспышками желания. Элоранарр прижался лбом к меху, забрызганному каплями масла. Наверное, яркий цитрусовый аромат помогал ему бороться с пробивающимся запахом драконессы: слишком долго я не использовала зелье. Если бы не окатившее нас вино и это масло, моя тайна, возможно, была бы уже раскрыта.

Снова судорога пробежала по телу, сбивая дыхание.

Может?..

Ладонь с моих губ Элоранарр не убирал, держал достаточно крепко.

Он меня боялся.

И судя по обострившемуся запаху раскалённого металла, возможно, даже немного ненавидел.

Чувства по голосу Элоранарра я понять не могла то ли от собственного безумного состояния, то ли слишком много было намешано в его сиплой скороговорке:

– Нам обоим надо подумать. Можешь оставаться здесь, сколько потребуется. Если будет плохо, если нужны лекарства – вызывай меня по метке, я… не оставлю тебя без помощи."

"Я только вдохнуть успела, а он уже оказался на подоконнике. Меня опять ломало, и я была готова использовать голос, лишь бы Элоранарр не уходил. Но он выпорхнул, закрыл окно и, готова поклясться, ещё и заклинание звукоизоляции наложил на всякий случай. А мне казалось, что я сгорала в огне. Задыхалась. И пусть не очень управляла собой, но с уходом Элоранарра какая-то часть меня, наконец, смогла немного отстраниться от происходящего с телом.

Разожжённая неполным брачным ритуалом страсть и его магия подтачивали плотину, воздвигнутую на пути боли.

Мне нужно было успокоиться.

Насколько это возможно, когда кровь кипит от собственной брачной магии, а тело отравлено чужой магией, и при этом надвигается откат блокировки спектра ощущений…

Мышцы опять сводило судорогами. Я подползла к краю постели.

Всё, что я испытывала, было только ощущениями, и разум должен находиться выше их, но он пасовал, перепуганный, оглушённый всем происходящим и выворачивающим душу желанием надавить на метку, позвать Элоранарра, а потом – заговорить, оглушить и поработить голосом. Не знаю, у всех серебряных драконов такие безумные желания, когда мы кого-то очень хотим, или это следствие моей принадлежности к менталистам.

«Ну вот, я, кажется, заражаюсь от Элоранарра неприязнью к себе подобным», – подумала я, переживая ещё одну волну судорог.

Поднялась. Шаг за шагом, пошатываясь, беспрерывно внутренне содрогаясь от ощущений в сверхчувствительной коже, реагирующей даже на прикосновения одежды, добралась до двери. В золочёной комнате вспыхнули жёлтые магические сферы. Я доковыляла до большой круглой ванны посередине. Раскрутила вентиль с холодной водой.

Журчание казалось слишком громким.