Секретарь старшего принца 2

– Бездна с нами!

Фанатики культа, будь они все прокляты! Я застыла, снова открываясь ментально и определяя их положение в здании, выясняя, есть ли тут порождения Бездны. Порабощённых было, кажется, сорок. Все с мощными амулетами против стихийной магии. Сейчас, когда они входили в раж, я ощущала, как изменяется их сознание, наполняясь чем-то холодным, склизким и в то же время непреодолимо манящим. Бездна взывала ко мне, хотела говорить, но я слишком хорошо знала, что значат печати фанатиков, меня ей не обмануть.

Одно порождение здесь, судя по попавшимся мне мыслям, было: сидело в подвале вместе с тремя культистами. К сожалению, нас разделяло слишком много камня и магических печатей, чтобы я могла дотянуться и вырубить их ментально.

– Бездна! Бездна! Бездна! – выли во всём доме.

Это мерзкое слизкое наполняло пространство, сознания существ растворялись в нём, превращаясь в нечто единое, жуткое.

Прошло уже три минуты, нужно было действовать, избавиться от фанатиков прежде, чем в дело вступит порождение.

Я помнила, где кто находится. Выдавая свои перемещения, фанатики выли и кричали:

– Бездна!

Усилив магию, я побежала к ближайшему скоплению существ. Мои ментальные удары уходили в вязкую слизь чужого необъятного поля, оно было как щит для фанатиков. Знала бы об этом, ни за что не полезла бы сюда так.

Первые три выскочили из-за угла, на их лбах чернели печати в виде глаза. Я снова ударила ментально, до противников от удара дошёл лишь толчок, но я воспользовалась секундой их промедления, резким взмахом подрубила им ноги. И не почувствовала ничего: их растворённые сознания не били в ответ болью и ужасом, как у обычных существ, они словно не чувствовали ничего. Рухнув на пол, культисты потянулись ко мне, пытаясь достать мечами даже сейчас.

Я снова побежала, не переставая вливать в мышцы магию, достигая предельного ускорения. Фанатики тоже двигались быстро и резко, не щадя отданных Бездне тел, и биться с ними оказалось почти тяжело, несмотря на преимущество драконьей силы. Их было больше, я не могла их сильно обездвижить ментальными атаками, они не боялись боли, раны их не останавливали, раненые ползли за мной, и склизкое общее сознание концентрировалось, удушая.

– Бездна! Бездна! – неслось со всех сторон безумное скандирование, перебивая звон клинков.

Я снесла голову ближайшего фанатика и отскочила из-под фонтана крови. Никаких ощущений, словно это был манекен.

Менталистов считали непригодными к боевой магии не только за силу непрямого поражения, но и за то, что при её использовании в бою менталист связывается с объектом и слишком болезненно воспринимает его смерть.

Здесь этого не было.

– Бездна явила себя! – вопил ринувшийся на меня фанатик с мечом.

Я убила одним ударом.