Секретарь старшего принца 3

Дарион боялся мне повредить, хотя знал, что сделать это очень трудно. А я снова наслаждалась этими его чувствами. И когда он отбросил мои сапоги и штаны, раскинула руки для объятий. Он, сорвав с себя рубашку, наклонился ко мне, навис, упираясь ладонями по бокам. Улыбаясь, отрастил мех на груди и животе. Запомнил, что мне это нравится. Я зарылась пальцами в шерсть, осторожно прошлась коготками, пьяня Дариона всем своим видом, взглядом, каждым прикосновением, запахом… Обхватила его мощную шею и притянула к себе.

* * *В просторном зале было так тихо, под моим крылом тепло. Я уткнулась лицом в мех лежащего на боку Дариона, цеплялась за его нежность, но в его ощущениях проскальзывала тревога: этот зал экранирован от части внешних магических воздействий, родовые метки здесь действовали слабо, чтобы не отвлекать взрослых из-за тренировок детей, когда те получают тумаки на упражнениях, а он должен оставаться на связи. Да и я должна. И всё же Дарион лежал рядом, обнимая меня за талию, прижимая к себе.

А я, сколько ни старалась, не могла удержать в душе ощущение покоя, подаренного близостью с ним. От этого на меня накатывало апатичное отчаяние.

– Ри… – Дарион поцеловал меня в макушку, погладил по пояснице, почти задев пальцами основание крыльев. Он колебался. Разрывался между желанием остаться со мной и обязательствами. – Не хочу тебя сейчас оставлять… Пойдём со мной, посидишь в кабинете.

Его большие пальцы щекотно скользнули по боку, очертили грудь. В сумраке под моим крылом Дарион внимательно на меня смотрел. Нежно коснулся подбородка, губ. Я прикрыла глаза, пытаясь насладиться его нежностью, но пламя в груди уже разгоралось, предвещая новые часы злости и отчаянной борьбы с желанием.

– Я буду тебя отвлекать, – получилось игриво, и я невольно подёргала густой мех, прикрывший кубики пресса.

– Я буду только рад, если ты меня отвлечёшь, – что-то тёмное и холодное мелькнуло в его тёплых эмоциях, я инстинктивно сильнее охватила его крылом:

– Что-то случилось?

Выражение лица Дариона почти не изменилось, но появилась тревога.

– Почему ты не хочешь мне рассказывать? – Убрав крылья, я села, небрежно притянула рубашку и накинула на плечи. Оглянулась: двери мы в перерыве между близостью заперли, и сейчас они оставались такими же закрытыми. Опять посмотрела на лежащего Дариона. – Что тебя беспокоит?

В его тёмных глазах с огромными, почти на весь белок, радужками трудно было что-то прочитать, но эмоции – он сомневался. И боялся. За меня.

– Я умею хранить секреты, – напомнила я.

– Что ты можешь сказать о леди Заранее?

Её светлый образ возник в памяти, и этот образ резко контрастировал с неприязненными эмоциями Дариона.