Секретарь старшего принца 3

Он взглядом искал кого-то среди руин, выцарапывал перегородки лапой, и, наконец, одна из стен рухнула, открывая зал, полный зал трупов. Их было так много, просто везде! Среди изуродованных тел сидело покрытое кровью существо с багряно-серебряными крыльями и безумным взглядом. Оно раздирало мёртвую плоть и поливало отжатой кровью сверкающий уруми. Красные капли и струи исчезали в зеркально отполированных лезвиях, тянущихся к отвратительному лакомству…

На лестнице я остановилась, покидая сознание спускающегося Фергара, стараясь стереть из амулета следы моего присутствия.

Что ж, выглядела я впечатляюще, теперь понятно, почему Элор забеспокоился о моей вменяемости.

Постояв немного, я развернулась и подошла к кабинету, из которого вышел Фергар. Кстати, это был кабинет не его группы. Лёгким движением руки сняла с двери звукоизоляционное заклинание и прислушалась.

– …не может быть.

– А я тебе говорю: Халэнн один их порешил. Всех. Порвал просто на кусочки, даже не принимая драконью форму. Пусть сейчас остальные молчат из-за клятвы, но до неё…

– Слишком много вампиров было для одного, даже для дракона, – уже другой голос, не тот, чьё сомнение я слышала до этого."

"– Они все одинаково убиты, одним существом, а он был бешеный, как те псы графа, которые потом из подвала вырвались, такой же безумный, и он…

Небрежным жестом восстановив звукоизоляцию, я отправилась к себе наверх. Моя расправа над вампирами казалась невероятной – тем лучше для меня, пусть недооценивают. Но со слухами, возможно, придётся что-то делать.

У себя в кабинете, ярко распалив магические светильники, я убралась на столе, разложила бумаги по степени важности. Сначала проверила оставшиеся здесь документы, над которыми работала под прессингом брачной магии, нашла несколько мелких ошибок.

Тут и Фергар явился с отрезом кроваво-красного бархата, осторожно выложил мне на стол и сглотнул. Поблагодарив его, я спустилась вниз и сдала Жаждущего крови на хранение болотному гоблину Лабиусу. Тот единственный воспринимал меня без трепета, возможно, просто не знал о последних событиях.

Доказав свою независимость от призванного оружия, я взялась за дело об отравлении и убийстве семьи Барнаса.

Мне всё ещё больно было смотреть на сухо описанные факты, больно думать о том, что этот мужчина сидит там, внизу, в тюрьме – в соседней камере с теми, кто лишил его всего. Но именно для того, чтобы освободить Барнаса от этого ужасного соседства мне и следовало быстрее покончить с его делом.

Одного моего явления к следователям хватило, чтобы и они воспылали страстным желанием это дело скорее завершить.