Секретарь старшего принца 5

А я — к себе. Спать. Мне же надо хорошо спать, отдыхать, заботиться о себе.

Только уснуть я не могла очень долго. Стоило прикрыть веки — и казалось, снова будет сон с Элором, снова я окажусь в его объятиях. Это и пугало, и будоражило, но больше всё же пугало. Я не хотела ещё большей близости с ним.

Глава 20

Последний день перед свадьбой был каким-то неловким, суматошным и бестолковым.

Всё началось с того, что сон с Элором мне всё же приснился: Элор вминал меня в белый мех покрывала, кусал шею, гладил распластанные по постели крылья.

— Мой, ты только мой, — шептал на выдохе. Его грудь скользила по моей спине, и по нервным окончаниям пробегало возбуждение. — Я люблю тебя…

— Я люблю тебя, — вторила я."

"Его дыхание обжигало кожу. Я постанывала под ним, судорожно выдыхала на каждом толчке, стискивала белый мех. Его зубы прихватывали кожу на шее, плече, и я выгибалась, подстраиваясь под движение, подавалась навстречу. Удовольствие затопляло каждую клеточку моего тела, каждую клеточку тела Элора, я ощущала их смешение, его желание, его наслаждение, и оно длилось-длилось-длилось с каждым нашим слитным единым движением, хриплым выдохом, сладким признанием, оно вытягивало тело, пробегало мелкими спазмами, призывало перейти на крик. Оно было безграничным, оно норовило накрыть меня волной и разнести вдребезги, и я ощущала, как Элор сдерживался, растягивал его.

А потом, в самый пик, когда я задрожала под ним и вместе с ним, меня выбросило из сна, и я рванула в ванну — скрыться под водой, стереть с кожи отголоски ощущений, погасить жар тела.

Все эти физические удовольствия были вполне заменимы близостью с тем же Дарионом и явно не стоили того, чтобы ещё больше нарушать мой покой.

И всё же они нарушили. Ещё и Элор был в дурном расположении духа, похоже — из-за многочисленных гостей, из-за которых ему опять пробираться в лаборатории окольными путями. Он постучал ко мне в дверь ещё до рассвета — одетый, напряжённый, с потемневшими глазами — и когда я, кутаясь в халат, открыла, попросил сходить с ним, скрасить время чтением. Получив согласие, долго смотрел мне в лицо:

— Ты ведь подменил моё покрывало.

— Зачем?

— Может, это был чей-то подарок, и ты не хотел его отдавать?

Я закатила глаза: ну зачем торопилась? Знала же, что посылку досмотрят! Зачем пошла за ней утром? Если бы не пошла, Элор не застукал бы меня у гвардейцев, не расспросил о том, что я забрала.

— Покрывала мне дарил только ты. Я просто люблю покрывала. Я в них закутываюсь. Иногда укрываюсь ночью. Порой делаю из них норы — да, знаю, это по-детски, но мне нравится. И я не брал твоё покрывало.

Я своё сокровище забрала!

— А мне показалось иначе. — Элор вроде хотел отвернуться, но я ощутила почти неприкрытый всплеск его эмоций: желание, волнение, страх, надежда. Отшатнулась.